Об издании:

Литературно-публицистический журнал русского зарубежья «Новый журнал» издается с 1942 года в Нью-Йорке. Выходит 4 раза в год. Журнал публикует повести и рассказы современных русских писателей зарубежья и России, современную русскую поэзию, неопубликованные произведения классиков русской литературы, историко-литературные труды, посвященные различным аспектам культурной и литературной истории России и русского зарубежья, включая большой корпус архивных документов (мемуаристика, эпистолярия и т. п.), статьи по проблемам теории литературы и русского языка, статьи, рецензии, интервью, посвященные современной русской литературе зарубежья, в том числе — ежеквартальные библиографические обзоры. Главной задачей журнала является сохранение и развитие традиций русской классической культуры в Зарубежье и обобщение опыта эмиграции.  Авторами журнала были русские Нобелевские лауреаты И. Бунин, Б. Пастернак, А. Солженицын, И. Бродский, С. Алексиевич, а также поэты, прозаики, философы, художники и политические деятели: В. Набоков, Г. Адамович, Г. Иванов, Б. Зайцев, Б. Бахметев, А. Керенский, М. Добужинский (автор обложки НЖ), М. Алданов, М. Карпович, Р. Гуль, Ю. Иваск, И. Чиннов, В. Перелешин, И. Одоевцева, Н. Берберова, И. Елагин, О. Анстей, Н. Моршен, В. Синкевич, С. Максимов, Л. Ржевский, С. Голлербах, Г. Газданов, В. Варшавский, Ю. Терапиано, Г. Федотов, А. Шмеман, Д. Кленовский, Н. Нароков, В. Завалишин, С. Максимов, Н. Ульянов, В. Шаламов и др. Среди современных авторов журнала поэты и прозаики: Д. Бобышев, Ю. Алешковский, С. Соколов, В. Гандельсман, Б. Кенжеев, М. Гарбер, А. Иванов, И. Гельбах, Н. Браун, В. Батшев, К. Капович, др.; слависты А. Арсеньев, Ж. Шерон, О. Матич, Р. Герра, Е. Дубровина, М. Рубинс, В. Хазан, П. Базанов, М. Уральский и др. «Новый журнал» уже почти восемь десятилетий достойно представляет Зарубежную Россию, отстаивая высочайшие завоевания русской культуры.

Редакция:

Марина Адамович - главный редактор. Редакционная коллегия: Мария Рубинс (Франция), Марина Гарбер (США), Владимир фон Цуриков (США), Елена Дубровина (США). Редакция: ответственный секретарь – Наталья Бернадская; редакторы – Владимир Гандельсман, Наталья Гастева, Рудольф Фурман.

Обзор номера:

«НОВЫЙ ЖУРНАЛ»: МЕЖДУ ПАЦИФИЗМОМ И РУСОФОБИЕЙ

В Нью-Йорке вышел очередной номер (№ 307) «Нового журнала» – одного из старинных толстых литературных журналов русского зарубежья. Основанный Марком Алдановым, выпестованный Романом Гулем, прошедший через руки Вадима Крейда, этот «толстяк» всегда привлекал к себе внимание за счёт интереснейших материалов, а также трепетного отношения и внимания редколлегии к собратьям по перу. Политика на его страницах присутствовала, но после развала СССР свелась к минимуму.

№ 307 – наполненный антивоенными текстами – показывает, что в Нью-Йорке пришло время для писателей русского зарубежья активизироваться не только в литературном плане, но и в социополитическом. Пока летели бомбы на Донецк и Луганск, «Новый журнал» не придавал этому значение. Но стоило дать нашим войскам и народной милиции ДНР и ЛНР отпор, как сразу же появился отдельный антивоенный номер.

Сергей Жадан (в переводах Аркадия Шпильского) даёт несколько стихотворений. Первое – про священника на трофейном польском «Опеле», которого взяли ополченцы, но тот чудом сумел от них сбежать и теперь готов им всё простить, когда положит на их могилы цветы. Второе – язычество в чистом виде. Нынешняя украинская культура это любит: Солоха, перерезающая горло русскому солдату, – с одной стороны, а с другой – Мать Сыра Земля, которая питается телами падших воинов:

Там остается небо, пустое, как вата,
и земля, словно камнями, наполненная мертвецами,
и мертвецы кормят до самой жатвы

молодую кукурузу своими сердцами…

Ещё одно стихотворение – про «госпитальерку», то есть про женщину-парамедика, которая выхаживает «вэсэушников», «азовцев» и прочих «захистников». Про Тайру, например, которая, выходя из Азовстали, убила родителей двух несовершеннолетних детей и, притворившись их матерью, пыталась выбраться через российские блокпосты. Стихотворение не про неё, но и про неё тоже – такова литература:

И когда на себе ты выносишь их, госпитальерка,
и жизни их отбиваешь у их же смерти,
смерть говорит – у меня на всё свои мерки,

мои пациенты обычно молчат, поверьте…

И такое соседство православия (на самом деле – квазиправославия), язычества и воспевания украинских националисток – не смущает ни Жадана, ни редколлегию журнала.

Другой поэт – Василь Махно (даётся в оригинале и в переводе Аркадия Штыпеля). Он страдает от того, что его окружает русская культура и не даёт продохнуть; мокша и чудь (это мы) не стоит знамён князя Игоря; и на самом деле «Слово о полку Игореве» – это о них, о древних украх:

как там у Тычины, Боже:
«и Белый, и Блок, и Есенин»
ими весь свет загорожен
со всех четырех обсели
 
дай же нам воли и силы
хлеб и походный рюкзак
брешут их рыжие лисы
на наш стародавний стяг
 
ведет же нас Игорь гневен
за Дон со своим полком
сегодня с февральским снегом

и завтра – с червленым щитом

Это ещё один вывих современного украинского дискурса – отмежевание от общего прошлого, искоренение в себе всего русского и наделение знаковых фигур прошлого местечковым во всех смыслах сознанием. Но ничего из этого не выйдет. Квазиистория не заменит историю, антипоэзия – поэзию, постправда – правду.

Остальные стихи Василя Махно даются на украинском, без перевода на русский. И посвящены они жертвам Бучи и Мариуполя, Тарасу Шевченко и пр. Но по сравнению с программным стихотворением – они не стоят слов, потому что уже переходят в разряд пропаганды.

Третий поэт – Геннадий Кацов: он пытается действовать не в лоб, а через музыкальность стихотворения, которая ведёт его к ужасу от начала специальной военной операции и цитированию прозы Юза Алешковского. При всём уважении к последнему, надо сказать, что тот обладал неимоверным песенным даром («Товарищ Сталин, Вы большой учёный…», «Окурочек», «Лесбийская» и пр.), но прозаическим – не обладал вовсе. И цитирование романа «Рука» – многое говорит о Кацове.

Но, впрочем, оцените стиль:

пока веду слова к концу строки я
гляжу, как набухают кровью карты:
сегодня русские прорвались в киев!
сегодня русские бомбили харьков!
 
и не представить, как идут с повинной
на свете том, где свет сегодня резкий,
встречать детей погибших с украины

толстой и пушкин, чехов с достоевским

Уровень регионального члена любого из союзов писателей. И дело не в отсутствии заглавных букв или в шаблонном использовании русских классиков для своих грязных целей (Толстой, Пушкин, Чехов и Достоевский встречали на том свете Аллею Ангелов!), а в интонации – абсолютно примитивной: «пока слова веду к концу строки я…» – это и прошлый век, и графомания, и отсутствие какого-либо вкуса («гляжу, как набухают кровью карты…»: автор может набухать от выпитого, а карты – нет).

Но вот ещё одна характерная черта украинского дискурса на примере стихотворений Геннадия Кацова – это отсутствие всякой эмпатии, неприкрытое людоедство и отказ от понимания, отчего началась СВО:

мальчишки, забыли вы что-нибудь здесь?
вишь, как по обочинам вас разбросало:
вон в корчах один, как объелся гвоздей,

другой, как набрался хохляцкого сала

Мы с коллегами – Алексеем Колобродовым и Захаром Прилепиным – подготовили антологию военной поэзии: собрали лучшие тексты лучших современных русских поэтов. И я уверяю вас: ничего подобного вы там не найдёте. Любование разорванным телом – это табу.

Но это табу, которое давно стало нормой для современного украинского дискурса: сначала смехопанорама, которая показывает, что нет запретных тем, а потом – абсолютное расчеловечивание…

Когда язык пытаются насильно видоизменить, он даёт сдачи. Украинский язык Тараса Шевченко и Ивана Приблудного не имеет ничего общего с современным украинским языком. Их лингвисты вывернулись наизнанку и наплодили немыслимое количество «паляницы». Новояз стал насаживаться в агрессивном режиме, и в итоге даже у поэтов, людей чутких к слову, возникли проблемы с вербальным изъяснением.

Вот Марина Эскина уходит в заумь и прописывает, отчего так получилось:

Язык только запинается,
отвечая воющей заумью
на зияющий ужас ясности,
отраженный твоими глазами
нет, не сто, десять тысяч лет назад,
мир, ты так же сегодня чудовищен...
ямб, хорёк, амфи-бия... что еще

дыр бул щыр я могу сказать

Пушкин, Чехов, Достоевский и Толстой у них с поникнутой головой, а Алексей Кручёных – стал инструментом. Любопытное явление! Спасает положение не великий и могучий, не наикрасивейшая старинная мова, а современные речекряк, так похожий на эксперименты футуристов столетней давности.

Вот ещё один схожий пример – от Анны Гальберштадт:

Крым-брюле
Крым-тартар
Крым-караим
Кара им
нам гашиш
Им шиш
Ку-ра
Ура
Ку-рок
Рок
не в прок
 
Крым в крик!
«Крым-зионерам повысят пенсии
Артек-улируйте свои претензии
деньги там тоже станут русские
Запретят хип-хоп, интернет
И джинсы узкие»
 
Крым уплыл
Он на пути к Путину
Запутину-Распутину
Перепутину-напутину
напутали
 
Перепутали
Крым скрымздили
Слямзили
Про-Обамзили
 

А людей-то как жаль...

Но лучше всего этот футуристический речекряк и полное отсутствие логики проявляется в интервью Светланы Алексиевич. Нобелиатка говорит как будто правильные вещи: война отвратительна, свобода лучше, чем не свобода, первое время на Донбассе было очень трудно обеим сторонам применять оружие, потому что ещё не было такого ожесточения… Но возникают вопросы: а 2 мая в Одессе – кто на кого напал? Это Донецк и Луганск пошли войсками на Киев и Львов или наоборот? Если Россия развязала войну, то почему оружие поставляла и поставляет Европа и Америка? На эти вопросы Алексиевич не способна ответить, т.к. логика ей не доступна. А если и доступна, то нивелирована Нобелевской премией, деньгами и благами, которые посыпались на неё за всё выше проговоренное.

Ещё одна парадоксальная мысль возникает при прочтении этого номера «Нового журнала»: «пацифисты», когда пишут, ориентируются на абсолютно советскую поэтику – не то что в духе Евгения Евтушенко и компании, а в духе Феликса Чуева – а те, кто выступает с поддержкой российской армии – так или иначе ориентируются на неподцензурную поэзию, которую в СССР замалчивали и запрещали. Как это происходит? Непонятно. Но факт.

Вот, допустим, некто Леонид Латынин (извините, Леонид Батькович, не представляю и не хочу представлять, кто Вы) пишет:

Пока не выполз голубь из берлоги,
пока цветок не окотился вдруг,
Мы подведем столетию итоги,
Еще летам неведомый, мой друг.
 
Мы жили долго в не небесном храме,
одни всерьез – другие невпопад,
Рожденные при рукотворном хаме,

и при другом спустившиеся в ад.

Извините, но это уровень школьного ЛИТО. Со всеми типичными ошибками (голубь – выполз – из берлоги??? Серьёзно???) и неимоверным пафосом («Мы подведём столетию итоги» – кто Вы, Леонид Батькович, чтоб подводить итоги столетию?) всё это смотрится, мягко говоря, странно.

Становится понятно, что редколлегия журнала отрабатывает политическую повестку. Ни о какой литературе и речи быть не может. Но выполняется всё – из рук вон плохо. Неужели у «пацифистов» нет хороших текстов? Где поэзия? Или вы думаете, что нынешние строчки от Бахыта Кенжеева способны на кого-то повлиять? Не уверен, по-моему, это халтура.

Но надо сказать, что, как только отступает политика, происходит чудо.

Ольга Исаева рассказывает об эмигрантах в Нью-Йорке и знакомстве с Иосифом Бродским. Всё романтично: Нью-Йорк, прошлый век, эмиграция, русский язык в другой стране, ресторан «Самовар»… Но Бродский вспоминается в другом контексте – более циничном. А то тут он предстаёт как «солнышко русской поэзии».

Бродский не обольщался по всему этому поводу и чётко понимал, что он русский поэт, вынужденный жить за границей. А не, допустим, человек мира и уж тем более не «лимузинный либерал».

Он сидел как-то в ресторане со своей приятельницей – подвыпивший, подуставший, хмельной – и бросил такую фразу: «Посмотри-ка на себя, не [имеет ли] кто тебя?». Мигом из-за соседнего столика поднялась важная дама и заявила, что она дочь тех, кто уехал в Америку во время первой волны эмиграции, что она рада слышать русскую речь, и что сейчас вот этот необыкновенный относительно молодой человек (Иосиф Бродский), кажется, произнёс какую-то старинную русскую поговорку… Поэт не нашёлся, что на это ответить.

Но при этом ответил нынешним «эмигрантам».

Вот эта история намного любопытнее любых переживаний женщины, которая в СССР была учительницей русского языка и литературы, а сдуру уехав в Америку, стала никем. Малая толика цинизма и трезвого взгляда на мир нужна. Тем более, когда речь заходит об Иосифе Бродском.

Ещё одно приятное чтение, подготовленной Еленой Дубровиной, – это жизнеописание, документы и стихи Владимира Диксона (1900–1929). Естественно, я краем уха слышал о таком поэте, но никогда не рвался узнать каких-то подробностей его жизни. А тут – и близкая дружба с семейством Ремизовых, и декадентские стихи, чем-то напоминающие одновременно Александра Блока (музыкальностью и мистикой) и одновременно Дмитрия Мережковского (уход в инобытие).

Такая же радость – от чтения писем Владимира Сосинского, замечательного мемуариста, который застал весь свет первой волны эмиграции, и его прописанной вкратце биографии (сделал всё Владимир Хазан). Одно описание пореволюционных лет похоже на отдельное художественное произведение:

«Эмигрировав, Сосинский проделал обычный для своего поколения путь кочевника по многим странам и весям, перепробовал десятки профессий и прошел, что называется, огонь, воду и медные трубы: жил в Константинополе, где работал «хамалом» (портовым грузчиком) и шахтером и учился там в Русском лицее, соблазнившись жильем и питанием, которые получали великовозрастные ученики; потом в болгарском Шумене окончил Русскую гимназию, учился в Софийском и Берлинском университетах и, наконец, в парижской Сорбонне, не завершив образования ни в одном из них. Поселившись в Берлине, стал членом группы «Четыре плюс один», которую, кроме него, дебютировавшего своими первыми рецензиями и мечтавшего о громкой литературной славе, составили поэты Вадим Андреев, Георгий Венус, Семен Либерман и Анна Присманова. В Париже, куда он затем переехал, Сосинский работал слесарем-прокатчиком на автомобильном заводе «Рено», картографом в Hachette (французское акционерное общество по изданию, рекламе и распространению книг и периодической печати), рисовал куклы на фабрике игрушек, устроился в фотоателье к известному фотографу П. Шумову, раскрашивал шелковые платки в красильной мастерской. В 1926 году Сосинского взяли в издательский отдел Торгпредства СССР в Париже, а оттуда он перекочевал во Франко-Славянскую типографию, с которой, по существу, связана вся его предвоенная жизнь во Франции: сначала в качестве простого наборщика, а затем ее директора. Причем достиг он в этой области высот профессионального искусства».

А помимо этого было ещё в жизни Сосинского французское сопротивление во время Второй мировой войны, был роман об этом, была переписка с Константином Симоновым. Словом, фигура, которая можно брать в литературоведческий оборот и более пристально изучать.

Но при этом смотришь на весь номер целиком – и не веришь своим глазам. Хочется спросить: «Коллеги, вы вот с этим решили нам оппонировать? Серьёзно?». А они, кажется, серьёзно так настроены. Когда дело касается чистой литературы, контакт возможен. Когда же редколлегия включает пропаганду – всё пропало. Что ж, так и победим их. И вечность рассудит.

И вечность – рассудит.


От редакции портала «Pechorin.net»:

Портал прекращает обозревать литературный журнал «Новый журнал» в проекте «Русский академический журнал». Этот журнал «русской культуры», основанный в 1942 году Марком Алдановым и Михаилом Цетлиным в Нью-Йорке, заявляющий на своих сетевых страницах о мире, об идеологической независимости, о борьбе за сохранение и развитие традиций русской классической культуры, публикует в последнем номере откровенно русофобские материалы, гордо сообщает об участии в акциях по сбору средств для Киева, тем самым выступая на стороне врага нашей Родины и ратуя за уничтожение русской культуры.

Также нужно сказать, что во время жесточайших боев наших соотечественников на передовой, от победы которых зависит будущее страны и каждого из нас, этот журнал, выпускаемый в Нью-Йорке, получает поддержку и место на страницах заметных российских медиа (портал «Горький», «Журнальный зал»). Российские коллеги пишут на своих сайтах о приверженности ценностям гуманизма, декларируют правило не сотрудничать с изданиями, пропагандирующими войну, насилие, расовую и национальную нетерпимость и т.д., и публикуют при этом материалы «антивоенного» номера издания, допускающего публикацию откровенно людоедских высказываний в адрес русского солдата.

При этом, на указанных российских сайтах мы не смогли найти материалы других литературных изданий или обзоров на отозвавшиеся иначе об СВО, выступившие в поддержку российской армии журналы, речь, например, о журналах «Наш современник», «Москва», «Нижний Новгород», «Огни Кузбасса», «Дон» и др.

Поддержать Родину, нашу страну можно на портале «Моё Отечество». Присоединяйтесь к проекту, культурная мобилизация начинается с каждого из нас.

814
Демидов Олег
Поэт, критик, литературовед. Куратор литературной мастерской Захара Прилепина. Работает преподавателем словесности в Лицее НИУ ВШЭ. Окончил филологический факультет МГПИ (2011) и магистратуру по современной литературе МГПУ (2019). Победитель V фестиваля университетской поэзии (2012). Дипломант премии им. Н.В. Гоголя (2019). Составитель нескольких книг и собраний сочинений Анатолия Мариенгофа и Ивана Грузинова. Автор трёх поэтических сборников – «Белендрясы» (2013), «Акафисты» (2018) и «Странствия» (2021), а также двух биографий – «Анатолий Мариенгоф: Первый денди Страны Советов» (2019) и «Леонид Губанов: Нормальный, как яблоко» (2021). Печатался в журналах «Homo Legens», «Звезда», «Волга», «Октябрь», «Новый мир», «Нижний Новгород», «Сибирские огни», в «Учительской газете», а также на порталах «Свободная пресса», «Перемены», «Сетевая словесность», «Rara Avis: открытая критика», «Лиterraтура» и «Textura».

Популярные рецензии

Жукова Ксения
«Смешались в кучу кони, люди, И залпы тысячи орудий слились в протяжный вой...» (рецензия на работы Юрия Тубольцева)
Рецензия Ксении Жуковой - журналиста, прозаика, сценариста, драматурга, члена жюри конкурса «Литодрама», члена Союза писателей Москвы, литературного критика «Pechorin.net» - на работы Юрия Тубольцева «Притчи о великом простаке» и «Поэма об улитке и Фудзияме».
8635
Декина Женя
«Срыв» (о короткой прозе Артема Голобородько)
Рецензия Жени Декиной - прозаика, сценариста, члена Союза писателей Москвы, Союза писателей России, Международного ПЕН-центра, редактора отдела прозы портала «Литерратура», преподавателя семинаров СПМ и СПР, литературного критика «Pechorin.net» - на короткую прозу Артема Голобородько.
7453
Сафронова Яна
Через «Тернии» к звёздам (о рассказе Артема Голобородько)
Рецензия Яны Сафроновой - критика, публициста, члена СПР, редактора отдела критики журнала «Наш современник», литературного критика «Pechorin.net» - на рассказ Артема Голобородько.
6404
Козлов Юрий Вильямович
«Обнаженными нервами» (Юрий Козлов о рассказах Сергея Чернова)
Рецензия Юрия Вильямовича Козлова - прозаика, публициста, главного редактора журналов «Роман-газета» и «Детская Роман-газета», члена ряда редакционных советов, жюри премий, литературного критика «Pechorin.net» - на рассказы Сергея Чернова.
5087

Подписывайтесь на наши социальные сети

 
Pechorin.net приглашает редакции обозреваемых журналов и героев обзоров (авторов стихов, прозы, публицистики) к дискуссии.
Если вы хотите поблагодарить критиков, вступить в спор или иным способом прокомментировать обзор, присылайте свои письма нам на почту: info@pechorin.net, и мы дополним обзоры.
 
Хотите стать автором обзоров проекта «Русский академический журнал»?
Предложите проекту сотрудничество, прислав биографию и ссылки на свои статьи на почту: info@pechorin.net.
Вы успешно подписались на новости портала