"

Об издании:

«Наш современник» - журнал писателей России. Издается в Москве с 1956 года. Выходит 12 раз в год. Тираж 4000 экз. Публикует прозу, поэзию, критику, публицистику. Главные достижения «Нашего современника» связаны с «деревенской прозой», опубликованной в журнале. Среди авторов: Ф. Абрамов, В. Астафьев, В. Белов, Ю. Бондарев, С. Залыгин, Ю. Казаков, В. Лихоносов, Е. Носов, В. Распутин, В. Солоухин, В. Сорокин, В. Чивилихин, В. Шукшин и другие.

Редакция:

Станислав Куняев (Главный редактор), Сергей Станиславович Куняев (заместитель главного редактора, зав. отделом критики), Александр Юрьевич Сегень (зав. отделом прозы), Карина Константиновна Сейдаметова (зав. отделом поэзии), Андрей Николаевич Тимофеев (редактор отдела критики), Елена Николаевна Евдокимова (заведующая редакцией). Общественный совет: Л. Г. Баранова-гонченко, А. В. Воронцов, Т. В. Доронина, Л. Г. Ивашов, С. Г. Кара-мурза, В. Н. Крупин, А. Н. Крутов, А. А. Лихановю, Ю. М. Лощиц, С. А. Небольсин, Д. Н. Николаев, Ю. М. Павлов, И. И. Переверзин, З. Прилепин, Е. С. Савченко, А. Ю. Сегень, В. В. Сорокин, А. Ю. Убогий, В. Г. Фокин, Р. М. Харис, М. А. Чванов, С. А. Шаргунов, В. А. Штыров.

Обзор номера:

«Любовь к родному пепелищу». Великая страна с великим прошлым

(о журнале «Наш современник» № 7, 2021)

«Наш Современник» – академический журнал, в котором острые проблемы, стоящие перед страной, освещаются с литературным остроумием, с литературным изяществом. Словесное искусство (как и всякое иное искусство) в текстовом поле журнала не противопоставляется политике, а как бы иллюстрирует её. Художественные и научные публикации журнала образуют своего рода летопись событий современной политической истории.

Тем не менее, смысловое поле журнала «Наш современник» определяет не собственно политика, а вопросы соотношения России и Запада, которые ставятся в культурных, ментальных, этнических параметрах. Причём Россия и Запад на страницах журнала сосуществуют в религиозно-нравственном смысловом поле, в круге общечеловеческих ценностей.

Позиция редколлегии журнала по острым вопросам российской государственности не является нейтральной или эклектичной. Журнал «Наш современник» выходит с показательным подзаголовком «Журнал писателей России» и позиционирует себя в качестве консервативно-патриотического издания. Патриархальные устои русской жизни в публикациях журнала связываются с христианскими ценностями и в позитивном ключе противопоставляются европейской прагматике, европейскому делячеству.

С консервативной платформой журнала связываются основные темы 7 выпуска журнала за нынешний год. В журнале имеется много ретроспективных публикаций, в них сообщается о различных вехах русской истории, которые по-разному сопровождаются противоборством России и Запада. Так, в 7 выпуске журнала в рубрике «Очерк и публицистика» имеются следующие публикации о прошлом страны: Наталья Пронина «Щербец. Удар сквозь тысячелетие», Салават Асфатуллин «Об истоках уникального русского федерализма».

Историческое прошлое в 7 выпуске журнала становится своего рода школой и мерилом нынешних политических событий на Украине. Этим трагическим событиям посвящён ряд публикаций выпуска: Юрий Ковальчук рассказ «Красная пыль», Сергей Бережной рассказ «Рыжик» (рубрика «Проза») и др.

Несколько политизированная тематика журнала причудливо сочетается с ярко выраженным эстетизмом «Нашего современника». Поэтому в журнале имеется ряд публикаций о русском искусстве, которое неизменно предстаёт в консервативно-патриотическом ключе. Показательна, в частности, публикация Галины Орехановой «Без русского театра Россия немыслима» (рубрика «Среди русских художников»).

Основные публикации журнала: Сергей Бережной рассказ «Рыжик», Алёна Даль рассказ «Брат», Сергей Куняев «Вадим Кожинов», Станислав Куняев «Русское ничто», Наталья Пронина «Щербец. Удар сквозь тысячелетие», Салават Асфатуллин «Об истоках уникального русского федерализма», Валентина Семёнова «Слово правды и отваги».

Едва ли не центральной по смыслу в структуре журнала является публикация Сергея Куняева «Вадим Кожинов» (рубрика «Память»). Автор публикации как бы воскрешает давнюю полемику консервативного мыслителя Кожинова со своими оппонентами. Споры почвенников и либералов не умолкают и в наши дни, казалось бы, располагая актуализировать идеи Кожинова в современном контексте. Тем не менее, Куняев мысленно абстрагируется от современности и повествует об историософских спорах более чем полувековой давности.

Ретроспективизм, вообще присущий журналу «Наш современник», очевидно, обусловлен представлением занятого в журнале авторского коллектива о том, что настоящая Россия осталась в минувшем, тогда как сегодня мы имеем дело лишь с обломками великой страны.

Публикация Куняева снабжена подзаголовком «Борьба продолжается (продолжение)» и подана читателю так, как если бы Кожинов после своей физической смерти не прекращал полемику с социогенетическими предшественниками нынешних либералов. Тем не менее, спорадически Куняев даёт штрихи к литературному портрету Кожинова, а не только воссоздаёт связанные с ним общественные скандалы. Так, Куняев сообщает о том, что Кожинов подчас досаждал своему другу и единомышленнику Палиевскому склонностью к спиртному. Тем не менее, Кожинов был собран, подвижен, артистичен, в каком бы он ни был состоянии, перед каждым своим выступлением он словно преображался и достойно являл себя на публике.

В борьбе с оппонентами, как сообщает Куняев, Кожинов проявлял себя масштабно. Полемизируя с Яновым, он утверждал, что славянофилов неправомерно сводить к кучке мракобесов, которые противятся Петровской реформе. Славянофильство по Кожинову – есть нечто гораздо большее и никак не сводимое к оценке деятельности Петра. Славянофильство по Кожинову есть признание самобытности России на фоне мирового сообщества. Неповторимые черты России простираются от древнего памятника – «Слова о законе и благодати» митрополита Иллариона практически до наших дней. Во имя ясности Кожинов даже предлагает привычный термин «славянофильство» заменить рабочим термином «самобытничество» и настаивает на том, что истинный патриотизм – не есть противление всему революционному и прогрессивному.

На Кожинова идейно ополчается Дмитриев, обвиняя того в недопустимо расширительном и даже туманном понимании предмета полемики. Как показывает Куняев, Кожинов убедительнее Дмитриева, потому что масштабней и выше Дмитриева как поборника узко-специфической терминологии. Ему противопоставлена широкая русская душа и в то же время неповторимость Кожинова.

Тем не менее, с позиций современности Кожинову можно при желании возразить. Во-первых, всякий этнос – будь то немцы или англичане – на свой лад осмысляет общечеловеческие ценности, и тогда непонятно, почему нельзя объявить «самобытничество», например, в Германии и любой другой этнически самостоятельной стране мира. И главное, во-вторых, петровская европеизация России неизбежно привела к пересозданию прошлого русской культуры. Например, почитать митрополита Иллариона после Петра мы можем, но выражаться на языке митрополита Иллариона мы едва ли можем.

Едва ли вышесказанного не понимал сам Кожинов, человек гибкого и проницательного ума. Как бы защищая Кожинова от неуместных упрёков в ригоризме, Куняев пишет:

«Кожинов пытался вразумить иных своих не слишком умных и образованных современников, противопоставляющих «национального» Кольцова «проникнутому немецкой культурой» Тютчеву. Он объяснял, что «Кольцов весьма серьёзно приобщился к немецкой философии и кроме своих песен написал несколько «дум», весьма близких к поэзии Тютчева...» Он внушал: нельзя забывать, как это делают иные авторы, о том, какие громадные изменения произошли в русской национальной жизни за последние полвека – со времён революции...». В своем посыле он был воистину историчен и абсолютно «антинационалистичен», так что лишь потеряв последние остатки совести (если она вообще была) можно назвать Кожинова «националистом»» (C.159).

Если Кожинов признаёт диалог России и Европы неизбежным (чего стоят, например, немецкие мотивы у Кольцова с его мнимой простонародностью?), если Кожинов понимает всю невозможность вернуться к милой старине из послепетровского отечественного социума, если Кожинов в своём «самобытничестве» далеко не радикален, то предмет полемики Кожинова с советскими западниками от нас поневоле ускользает...

Тем не менее, считать его полностью надуманным невозможно, поскольку, казалось бы, необратимая государственная воля Петра вот уже более двух столетий порождает в русских умах вопросы о дальнейших путях отечественной культуры. Куняев фактически считает предмет интересующей его полемики неисчерпаемым и снабжает свою публикацию пометой «Продолжение следует».

Публикация Сергея Куняева как бы задаёт смысловые параметры журнала: Россия и Запад. В означенных параметрах построена, например, публикация Салавата Асфатуллина «Об истоках уникального русского федерализма» (рубрика «Очерк и публицистика»). Асфатуллин усматривает истоки русского федерализма в эпохе Ивана Грозного. Так, вспоминая присоединение Казани к России при Иване Грозном, Асфатуллин настаивает на мирном и добровольном вхождении Казани в состав России. В заслугу Грозному автор публикации ставит также мудрую умеренность в использовании военных орудий или, говоря современным языком, силовых методов. Средневековый царь, как показывает автор, не громил и не истреблял население Казани, а лишь методично собирал с него дань, обходился малой кровью там, где это было возможно.

Ивану Грозному в публикации Асфатуллина противопоставлен Пётр I, который участвовал в кровопролитных боях, непосредственно захватывал иноземные территории. Радикальную завоевательную политику Петра Асфатуллин связывает с западноевропейским влиянием, а мудрость Ивана Грозного – с евразийскими началами... Именно в них Салават Асфатуллин усматривает исторические основания нынешнего русского федерализма.

В концепцию Асфатуллина не вписывается военное вторжение Ивана Грозного в Новгород и другие ужасающие факты правления Грозного. Кроме того, Асфатуллин обрисовывает Ивана Грозного в параметрах европейского гуманизма, который едва ли был ведом средневековому русскому человеку.

Однако в пределах избранной совокупности фактов автор корректен и убедителен. На стороннем по отношению к нашей современности историческом материале он фактически утверждает, что евразийский путь для России (Иван Грозный) предпочтительней европейского пути (Пётр I). Таким образом, Асфатуллин предлагает евразийскую программу, евразийскую модель будущего России – страны единой, но веротерпимой и делимой на относительно автономные геополитические ареалы. Их среда обитания мыслится автором в своей самобытности и одновременно – защищённости государственным целым.

К публикации Асфатулина по смыслу примыкает публикация Натальи Прониной «Щербец. Удар сквозь тысячелетие». Она относится к той же рубрике, что и публикация Асфатуллина – «Очерк и публицистика».

На многочисленных примерах из истории древней Руси Пронина свидетельствует о стремлении Европы окатоличить Русь, а затем подчинить её западному политическому влиянию.

Так в качестве предателя интересов Руси Пронина обрисовывает Святополка Окаянного. По мысли Прониной он, объединившись с польским королём Болеславом (и получая от него некоторые выгоды), пытался подчинить Русь иноземному влиянию, но претерпел позорное фиаско.

Другой исторический сюжет, который разворачивает Пронина, связывается с судьбой Ягайло – внука литовского князя Гедимина. Польская интрига, направленная едва ли не на порабощение Руси, по мысли автора заключалась в том, чтобы сделать Ягайло королём польским. За своё возведение в королевский ранг Ягайло будет вынужден неизбежно подчинить Литву польскому влиянию. Так, врагами Руси был разработан хитроумный план польско-литовской экспансии на русскую территорию. План удался...

Ягайло, как утверждает Пронина, согласился принять польскую корону и восторжествовал в своём почётном статусе. Однако и Литва, и Русь воспротивились католической экспансии, предпринятой Ягайло, и его конец был плачевным...

Публикация Прониной построена так, что древние исторические сюжеты как бы иллюстрируют мысль автора о том, что современная Белоруссия и современная Украина – это страны, подверженные пагубному влиянию Запада. Ныне происходит, воспроизводится всё то, что мы знаем из истории древней Руси – считает Пронина.

Свои публицистические тезисы Пронина умело подкрепляет историческим материалом. Позиция Натальи Прониной остаётся убедительной, но едва ли является единственно возможной. Так, если по логике самой Прониной Киевская Русь – исконное средоточие Православия, то автономия Украинской Православной Церкви соответствует изначальному устроению Святой Руси. Украинская вольница по-своему мотивирована утверждениями самой Прониной если не в политическом, то в узко-церковном смысле.

Однако сказанное не может быть ни в коей мере поставлено в упрёк Прониной, ибо никакая даже самая убедительная историческая публицистика не в состоянии внушить читателю заведомо недискуссионные тезисы. То, что пишет Наталья Пронина, убедительно, но не исключает полемику.

В рубрике «Очерк и публицистика» наряду с публикациями Асфатуллина и Прониной помещена публикация Геннадия Сидоровнина ««Скотский хутор» на англоязычных газонах». Сидоровнин анализирует всемирно известное произведение Оруэлла «Скотный двор». Выражаясь кратко, автор публикации считает произведение Оруэлла талантливой и остроумной, но клеветой на советскую действительность. Меж тем, – замечает Сидоровнин, – Англия откуда явился Оруэлл, сама зарекомендовала себя в мировом сообществе не лучшим образом. Например, Сидоровнин вспоминает период истории, когда английские пираты действовали безнаказанно при попустительстве английского двора, от которого в той или иной форме откупались.

Однако, во-первых, негативные явления английской истории едва ли автоматически перечёркивают негативные стороны Советской власти. И главное, во-вторых, Оруэлл – по статусу европейский писатель; в знаменитой оруэлловской антиутопии «1984 год», которую литературный критик не упоминает, не изображается ничего специфически советского. Оруэлл говорит о структуре власти и структуре насилия вообще (в русле Кафки). В «Скотном дворе» Оруэлла, конечно, имеются литературные намёки на советскую действительность, однако она предстаёт в общеевропейском контексте, в мировом пространстве. И едва ли Оруэлл резко противопоставляет Советскую Россию мировому фону, который в свою очередь отнюдь не утешителен. Поэтому упрекать Оруэлла в очернительском отношении к большевикам почти то же самое, что упрекать Франца Кафку, европейского писателя, в клевете на Советский строй. Для Оруэлла Россия при большевиках – лишь один из ярких примеров того, что вообще творится в страдающем мире.

Попутно Геннадий Сидоровнин упрекает Оруэлла в элементарном хамстве. Заслуживают ли советские деятели того, чтобы их обзывали скотиной, низводили до уровня животных? – вот каким вопросом, негодуя на Оруэлла, задаётся автор статьи. Меж тем, традиция мирового бестиария, целая литература, где животные перенимают человеческие качества – к ней относятся, например, «Житейские похождения кота Мура» Гофмана – богатая традиция бестиария всё-таки не равнозначна просто житейской грубости, банальной ругани.

В финале статьи автор сетует на то, что Оруэлл теперь введён в обязательную школьную программу, однако не настаивает на том, чтобы знаменитого писателя исключили из школьной программы. Сидоровнин пишет: ««Скотный двор» можно включить в образовательные программы наших учебных заведений с одним непременным условием – лаконичным эпиграфом «Осторожно, пасквиль!»...» (С. 201). Таким образом, произведение и без того яркое, и без того талантливое едва ли не вопреки воле Сидоровнина способно дополнительно приобрести притягательность запретного плода.

В той же рубрике «Очерк и публицистика» имеются публикации на военно-патриотическую тему: Александр Севастьянов «Фронтовик и поэт» (Севастьянов пишет о своём отце, участнике Великой Отечественной войны), Лейла Кошелева «Ради сохранения памяти» (Кошелева свидетельствует о событиях на Карельском фронте в пору Великой Отечественной войны).

Ретроспективным публикациям на военно-патриотическую тему в текстовом корпусе журнала вторит нынешняя военная проза – произведения о боевых действиях в современном Донецке и Луганске. Так, в рубрике «Проза» опубликована проза двух участников военных действий против Украины – рассказ Юрия Ковальчука «Красная пыль» и рассказ Сергея Бережного «Рыжик». Ковальчук, как свидетельствует биографическая справка, попал в плен к украинцам и был освобождён по обмену. В рассказе Ковальчука с натуралистическими подробностями описана жестокость войны.

Оба автора – и Ковальчук, и Бережной (также лично познавший горький хлеб войны) – употребляют в своей военной прозе сленговые термины: «укры», «укропы» вместо «украинцы». Тем самым оба автора обнаруживают иррациональную неприязнь к украинцам вообще, а не только непосредственно к своим военным противникам (ведь на Украине так или иначе остаётся ещё и мирное население, которое может являться политически нейтральным).

В соответствии с терминами «укры», «укропы», ни к чему юридически не обязывающими, оба автора идут художественно ассоциативным (а не формально-правовым) путём. Так, главный герой рассказа Бережного – животное, Рыжик. Оно же – символ всего живого, что по мысли автора бессмысленно истребляется украинцами, осаждающими Донбасс.

К военной прозе журнала по смыслу примыкает рассказ Алёны Даль «Брат», направленный против лихих 90-ых – времени экспансии западноевропейского рынка в Россию. Герои рассказа – братья-подростки, обуреваемые жаждой обогащаться.

Даль тонко показывает, насколько дискомфортно унизительно всякому человеку, особенно подростку нуждаться в деньгах и считать каждую копейку. Более того, потребность в больших деньгах у подростков, как заявлено в рассказе, вызвана по-своему высокими потребностями души. Братьев в рассказе объединяет не стремление к мещанскому комфорту, а подростковая романтика и желание жить с размахом. Однако эти почти идеалистические импульсы неизбежно толкают героев рассказа на скользкую жизненную дорожку.

Лишь пережив серьёзные жизненные испытания, главный герой рассказа – младший из двух братьев – нравственно прозревает, начинает понимать простую истину: не в деньгах счастье.

Всегда ли бизнес заведомо криминален? Неужели невозможен честный заработок? Эти вопросы лежат за пределами художественной реальности рассказа и не делают его менее убедительным в качестве художественного произведения (а скажем, не в качестве юридического документа).

Рассказ Алёны Даль свидетельствует о зарождении в наши дни новой, постсоветской официальной литературы. Повествуя непосредственно о частной жизни, а не о политике, Даль художественно иллюстрирует с присущим ей художественным остроумием, почему деньги в жизни – не главное. Главное – это патриотические ценности. По логике рассказа они не отделимы от семейных ценностей, поскольку род сопрягается с Родиной. А Родина вечна и способна устоять перед иноземными влияниями.

Особая художественная сила Алёны Даль заключается в том, что официальная программа нынешнего правительства РФ переосмысляется в интимно-психологическом – а значит, наиболее убедительном! – ключе. Главный герой рассказа, благодаря горькому жизненному опыту, сердечно удостоверен (а не только юридически наставлен) в том, что не надо гоняться за чистоганом.

В рубрику «Проза» включена также патриотическая публикация о русской деревне: рассказ Ирины Гарталь «Любовь в Новокладовом». Одно из главных действующих лиц рассказа – герой Великой Отечественной войны.

Также в рубрике «Проза» помещены рассказы Владислава Резникова «Пожар» (о семейных ценностях) и Вячеслава Колесника «Лепёшки по рецепту Робинзона» (об аскетическом образе жизни и питания).

Открывает рубрику «Проза» религиозно-философский роман Дмитрия Лиханова «Звезда и крест». (В 7 выпуске напечатано окончание романа, начало – в 6 выпуске за нынешний год). Роман Лиханова содержит некоторые признаки фантасмагории. Достаточно упомянуть, что его действие периодически переносится из I века от Рождества Христова в 90-ые годы прошлого века.

К патриотическим рассказам о частных людях (а не о государственных деятелях!) по смыслу примыкает публикация Сергея Шаргунова «Стоны страны», помещённая в рубрике «Очерк и публицистика». Шаргунов, депутат Госдумы, рассказывает о своей работе по оказанию помощи погорельцам и обездоленным.

К патриотическим публикациям журнала относится статья его главного редактора Станислава Куняева «Русское ничто. К 60-летию поэта Василия Стружа» (статья опубликована в рубрике «Критика»). На примере Стружа Куняев говорит о широте русской души, о размахе русского человека, о его подчас непредсказуемых свойствах, граничащих с некоей личностной анархией. Куняев цитирует Стружа (С. 265):

В медведе очень много русского
С большой дороги.

Попутно Куняев указывает на то, что Струж как творческая личность свободен от чрезмерно педантического разграничения элитарного и простонародного начал.

В той же рубрике «Критика» опубликовано эссе Нины Ягодинцевой «Число букв». Нынешней цифровой экономике и системе интернета, стремящейся охватить всю сферу речевой активности социума, Ягодинцева противопоставляет русскую задушевность как особую жизненную среду существования исконной русской литературы.

Патриотический пафос эссе Ягодинцевой роднит его с другой публикацией журнала – с работой Валентины Семёновой «Слово правды и отваги». Публикация помещена в рубрике «Книжный развал» и являет собой рецензию на книгу Лидии Сычёвой «Мы всё ещё русские» (Лидия Сычёва. Мы всё ещё русские. Наш ответ на вызовы времени. М.: Вече, 2018 (публицистика)).

Внимательно читая Сычёву, Семёнова высказывает неординарные мысли. Она указывает на то, что капитализм ищет религиозного оправдания чистогана в труде. Однако апология обогащения как формы или разновидности труда принадлежит протестантской этике и остаётся чуждой истинному православию – утверждает Сычёва.

При всём своём патриотическом радикализме она избегает патриотических штампов и высоких трюизмов.

Помимо военно-исторической публицистики в рубрике «Книжный развал» имеются публикации, посвящённые собственно литературным новинкам – например, публикация Павла Виноградова «Затерянный в серебряном море». (О книге: Дарья Тоцкая «Море Микоша». Москва. «Де’ Либри», 2020. Журнальная версия: «Москва», № 12, 2019).

По отзыву Виноградова в книге Тоцкой присутствует развёрнутая метафора житейского моря или мирового океана – пространства типично байронических блужданий личности...

В той же рубрике имеется публикация Вячеслава Лютого «По равновеликим краям материнской земли...». (О книге: Андрей Расторгуев. Земля крылатых яблонь: Стихи. – Екатеринбург: АсПУр, 2019).

В структуре журнала «Наш современник» истина не противопоставляется красоте. Вот почему в журнале имеется ряд публикаций о русском искусстве. Все они в той или иной степени носят ретроспективный характер. В смысловом спектре означенных публикаций Россия предстаёт как страна с великим прошлым и спорным настоящим. (Оно в свою очередь неуклонно связывается с властью чистогана и другими формами западной экспансии в исконно русскую этническую среду).

В рубрике «Память» имеется публикация актёра Николая Бурляева «Боже!.. Чувствую руку твою». Актёр рассказывает о знаменитом кинорежиссёре Андрее Тарковском, с которым ему, Бурляеву, доводилось работать. Актёр пишет о максимальной требовательности режиссёра к актёрам. Тарковский призывал не столько лицедействовать, сколько просто проживать на съёмочной площадке ту или иную роль.

Несмотря на патриотический пафос журнала, Бурляев как бы прощает Тарковскому эмиграцию или вообще не воспринимает её как нечто резко негативное. Актёр пишет: «Некоторые обвиняют Андрея Тарковского в том, что он не возвратился на родину. В невозвращении его вины нет. Никогда Тарковский не был диссидентом, держащим в кармане фигу. Он никогда не играл в эти недостойные великого Художника игры» (С. 178).

Для журнала «Наш современник» характерна принципиальность, даже непримиримость в глобальных вопросах и относительная мягкость, некоторая гибкость в частных вопросах.

В 7 выпуске «Нашего современника» имеется ощутимое количество публикаций об искусстве сцены – о театре или кино. Так, в рубрике «Среди русских художников» имеется публикация Галины Орехановой «Без русского театра Россия немыслима». (Показательна высокая частотность употребления слов «русский», «Россия» на коротком текстовом отрезке).

Публикация посвящена знаменитой русской актрисе Татьяне Дорониной. Вспоминая свою личную встречу с Дорониной, Ореханова сетует на то, что некогда знаменитая актриса Доронина ныне недостаточно востребована. Став признанной знаменитостью в советские времена, Татьяна Доронина ныне незаслуженно прозябает (однако, не уходя со сцены и сохраняя узнаваемые черты былого величия).

В несправедливости по отношению к Дорониной Ореханова усматривает зарубежный след, указывает на неких врагов России, которые покушаются и на русское искусство...

Вспоминая диалоги с Дорониной, автор публикации приводит её религиозный тезис:

«– Только опора на веками взращенные Православием традиции отечественной культуры даст силы народу России вырваться из плена кризиса, которым поражена сегодня наша страна» (С. 247).

Православие в контексте высказывания Дорониной связывается с тем докризисным периодом, который несколько парадоксально совпадает со временем существования СССР – атеистической державы. Впрочем, и сама Советская власть была эклектична и противоречива, умудряясь сочетать марксизм (иноземное учение) с религиозными элементами. Например, известный советский лозунг «Слава труду!» при желании может быть истолкован вполне религиозно.

При всём том, в публикациях журнала встречаются взаимно не совпадающие высказывания о советском периоде. Если в публикации о Дорониной он предстаёт как время сценического расцвета Дорониной, то в вышеупомянутой публикации Сергая Куняева «Вадим Кожинов», Кожинову, напротив, ставятся в заслугу некоторые смелые по тем далёким временам антисоветские высказывания...

К публикации Орехановой о Дорониной непосредственно примыкает смежная публикация: «Татьяна Доронина. Из «Дневника актрисы»» (опубликовано в той же рубрике «Среди русских художников»).

В текстовом корпусе журнала имеется также рубрика «Поэзия». Её открывает подборка стихов Анатолия Аврутина «Единица горения». Символика цвета – например, красного и белого – у Аврутина сочетается с есенинскими нотами:

Всё пройдёт... И горечь под гортанью...
И любовь... И этот сизый дым.

В рубрике имеется также стихотворная публикация Валентина Сорокина (с предисловием Владимира Бондаренко). Публикация стихов Бондаренко носит юбилейный характер. Подборка стихов Сорокина вышла к его 85-летию.

В стихах Сорокина особая русская задушевность сочетается с интенсивной эмоциональной патетикой:

Словно ты целоваться пришла
Из берёзовой звонкой Рязани.

В рубрике «Поэзия» помещена также подборка стихов Станислава Минакова «В мире подъяремном...». Минаков являет образцы религиозной лирики, в которой присутствует и доля житейского юмора (а не только дидактика). Там же, в рубрике «Поэзия» помещена подборка стихов Виктора Петрова «На долгом Северном пути». Петров являет читателю тонкую психологическую лирику с богатой речевой фактурой.

В той же рубрике опубликована подборка стихов Владимира Молчанова «Песня звучит». Стихи Молчанова являют читателю интимно-психологический, тонко-ассоциативный (а не батальный!) тип патриотизма:

Песня где-то звучит, за собою маня...

В рубрике «Поэзия» опубликованы также стихи Игоря Тюленева «Однокашники русских равнин». В стихах Тюленева присутствует настроения метафизического, почти мистического патриотизма. В стихотворении «Поликарпычу» читаем:

Поликарпыч, ты там не один?
Передреев, Рубцов и иные...

В той же рубрике – «Поэзия» – опубликована подборка стихов Олега Мошникова «Велик день». Мошников воссоздаёт русскую природу в свете славянской мифологии.

В рубрике имеется также коллективная подборка «Белгородская тетрадь» со стихами Александра Осыкова, Натальи Подлужной, Михаила Кулижникова, Виктории Кан, Андрея Бирюкова.

Журнал «Наш современник» при всей своей публицистической остроте позиционирует себя не в качестве злободневного издания, а в качестве академического журнала. Вот почему в начале и в конце 7 выпуска «Современника» имеются не введённые в оглавление исторические справки о юбилеях великих людей (с приложением фотографий). Сообщается о 150-летии со дня рождения отца Сергия Булгакова, о 125-летии поэта Павла Антокольского, о 225-летии Николая Полевого.

Журнал «Наш современник» посвящён остросовременным вопросам. Однако ответы на них многие авторы журнала обретают в историческом прошлом великой страны.

Так в журнале выявляются три проблемных поля. Первое из них – обретение Россией подлинного суверенитета в потоке истории. Второе – противостояние русской задушевности западной прагматике в сфере частной жизни. Третье – сохранение и приумножение русского искусства как оплота великой страны и как средоточия вечных ценностей.


ЧИТАТЬ ЖУРНАЛ


Pechorin.net приглашает редакции обозреваемых журналов и героев обзоров (авторов стихов, прозы, публицистики) к дискуссии. Если вы хотите поблагодарить критиков, вступить в спор или иным способом прокомментировать обзор, присылайте свои письма нам на почту: info@pechorin.net, и мы дополним обзоры.

Хотите стать автором обзоров проекта «Русский академический журнал»? Предложите проекту сотрудничество, прислав биографию и ссылки на свои статьи на почту: info@pechorin.net.


 

Геронимус Василий

Родился в Москве 15 февраля 1967 года. В 1993 окончил филфак МГУ (отделение русского языка и литературы). Там же поступил в аспирантуру и в 1997 защитил кандидатскую диссертацию по лирике Пушкина 10 - начала 20 годов. (В работе реализованы принципы лингвопоэтики, новой литературоведческой методологии, и дан анализ дискурса «ранней» лирики Пушкина). Кандидат филологических наук, член Российского Союза профессиональных литераторов (РСПЛ), член ЛИТО Московского Дома учёных, старший научный сотрудник Государственного историко-литературного музея-заповедника А.С. Пушкина (ГИЛМЗ, Захарово-Вязёмы). В 2010 попал в шорт-лист журнала «Za-Za» («Зарубежные задворки», Дюссельдорф) в номинации «Литературная критика». Публикуется в сборниках ГИЛМЗ («Хозяева и гости усадьбы Вязёмы», «Пушкин в Москве и Подмосковье»), в «Учительской газете» и в других гуманитарных изданиях. Живёт в Москве.