Об издании:

«Дружба народов» — журнал современной литературы и культуры, объединяющий писателей России и зарубежья. Основан в марте 1939 года в Москве. Выходит ежемесячно. Тираж 2000 экз. Редакция уделяет внимание авторам из республик бывшего Советского Союза.

Редакция:

Сергей Надеев (главный редактор), Наталья Игрунова (1-й зам. главного редактора, зав. отделом критики), Александр Снегирёв (зам. главного редактора), Елена Жирнова (ответственный секретарь), Галина Климова (редактор отдела Поэзия), Владимир Медведев (редактор отдела Публицистика), Ирина Доронина (редактор отдела Нация и мир), Ольга Брейнингер (член редколлегии), Мария Ануфриева (член редколлегии), Иван Рудинский (главный бухгалтер). Редакционный совет: Сухбат Афлатуни, Муса Ахмадов, Ольга Балла, Дмитрий Бирман, Денис Гуцко, Иван Дзюба, Валентин Курбатов, Ольга Лебёдушкина, Фарид Нагим, Илья Одегов, Кнут Скуениекс, Сергей Филатов, Ринат Харис, Вячеслав Шаповалов, Эльчин.

Обзор номера:
«И зимний свет шипованный — менять на летний свет»

(о журнале «Дружба народов» № 10, 2021)


География номера: Осетия, Чечня, Украина, Армения, Якутия, Казахстан.

Мысль номера: кинематограф придумал дьявол (А. Доля).

Фраза номера: «... в то время, когда вы не слышали обо мне, я и сам о себе не слышал...» (Равиль Бухараев).

Главный материал номера: «Запах хлеба и смерти» (Каринэ Ходикян).


В название обзора взята строка из текста поэта А. Кабанова.

А соперничество или противопоставление двух способов речи заявлено уже в первой рубрике выпуска: «Проза и Поэзия», заметьте, именно так, не наоборот. Представим, как было бы здорово, если бы однажды поэзия пересилила прозу, и главным материалом номера стало стихотворение.

Очень близко к тому подошёл Александр Кабанов, но всё же нет, нет, ещё нет... Поэзия по-прежнему гордо держится особняком, а проза уверенно выходит в авангард. В стихотворной подборке Кабанов уверяет, что пишет ерунду, желает увековечить своё имя в названии городской улицы. Но позвольте не поверить – не о ерунде тут речь. Из-за намеренного позёрства и ёрничества, не лишённых кокетства, а скорее даже, из-под спрятанной за ними мучительной скромности или предательской нежности, пробивается боль вселенского масштаба – что и присуще настоящему Поэту.

Как будто подслушав поэта, тему высшего присутствия подхватывает, а на самом деле продвигает свое, императивное, прозаик Артур Доля в романе «Первый. Второй»: «Забавное предложение, если учитывать, что кинематограф придумал дьявол, притворившись братьями Люмьер; во всяком случае, я так считаю. И хотя не хожу к причастию, при виде золотых маковок церквей не осеняю лба крестом, но бесовские дела меня, как мирного обывателя, раздражают. Бог есть».

Авторская теория о происхождении кинематографа весьма любопытна, тем более что и молва приписывает священникам: книга – благо, кино и театр – хула. Писателя ещё похоронят в церковной ограде, актёра вряд ли.

А. Доля даёт несколько зарисовок, сцен, глав романа. Но череда описаний, диалогов, монологов, приправлена аффирмациями с психологическим посылом не только от самого себя к себе, но и к читателю: «Слишком много ты знаешь про себя, следовательно, и про всех остальных. Всему ты отец, включая себя самого, в каждом видишь ребенка. Все-таки приятно иногда быть непонятым людьми.» Собственно, за их появлением – «неожиданных смыслов» – интереснее всего следить в текстах автора. И цитировать.

На следующих страницах журнала поэзия вновь пытается отобрать пальму первенства у прозы. И снова попытки небезуспешны. Представленные поэты, кажется, много больше понимают о мире, почти всё. «Так много жизни кругом, что даже не успеваешь любить всерьёз. Где случается счастье, там должен быть страх», – утверждает Дмитрий Артис. В унисон звучит высокое слово Георгия Кубатьяна: «Канувшие в Лете шесть десятилетий – потогонный кросс. Прах, и прах, и прах. Маленький посёлок, подполы в засолах, куры на дворах. Глаз не колют пепел, кровь и сажа. Ни тебе картин людского горя, ни гееннских врат. Всё минуло».

Поэтическое братство, на первый, беглый взгляд, крепче прозаического. Поэты, не чинясь, передают друг другу эстафету. Григорий Марк несёт миру весть: «Последнее время замедлил Дающий всему становиться. А в небе три ангела русских созвучий, крылами шурша, патрулируют тучи.». А Равиль Бухараев призывает: «Никакого не нужно названья для жизни и смерти: почтим равновесье в судьбе» и одновременно указывает на главное для него – гармонию: «Ведь, кроме искуса причастья к чужой судьбе своей судьбой, сейчас не знаю выше счастья, чем быть в ладу с самим собой...». В рубрике «Золотые страницы» о Бухараеве и его супруге проникновенно говорит Наталья Харлампьева в воспоминаниях «Тюркский брат мой»: «Эта пара была настолько искренна и гостеприимна, что все то, чего они касались, казалось необыкновенным, исключительным и предназначенным именно тебе». У Равиля Бухараева было много встреч с видными русскими литераторами, много осталось мнений о нём. Но, кажется, лучше всего он сказал о себе сам: «В то время, когда вы не слышали обо мне, я и сам о себе не слышал...».

Предположим, победа прозы на этот раз обеспечена за счет объёма, по совокупности, потому что в номере не так много удельного веса поэзии. А представленные стихи настолько хороши, что их резко недостаёт. Но недостающие стихотворные эмоции восполняют-таки прозаические полотна.

В нынешней литературной повестке довольно долго муссируется вопрос актуальности рассказа. А спорить тут не о чем. Читатель по-прежнему преданно увлечён чтением малой формы – рассказом.

Подборка работ автора из Осетии – Тамерлана Тадтаева (рассказы и повесть) с привычным всякому бывшему школьнику названием «Как я провёл лето» заставит читателя некоторое время буквально постоять на голове. Отчего? Да оттого, что Тамерлановы истории эксцентричны и экспрессивны. В образах героев зеркально отражены черты национального характера: здесь и на ржавой тачке могут вывезти раненого бойца из-под шквального огня, а могут отстать от похоронной процессии, думая, что мост под ней вот-вот рухнет – пусть все гибнут, я один спасусь. И персонажи повести не уступают в колорите харизм, своеобразности мышления, а главный герой – шестиклассник Тамик – пишет такое сочинение о своём лете, какое он никогда не сможет показать учительнице Заре Захаровне. Взросление мальчика проходит в обстановке, где каждым летним днём обыденно и буднично происходят драки, ранения, убийства, унижения – как выжить ему среди занятых собой взрослых?

Рассказы Аси Умаровой, барражирующей между Калмыкией и Чечней, не впервые появляются в «ДН». Для читателя они как бы пролонгируют истории о национальных характерах Кавказа и устанавливают валентные связи с другими хроникёрами региона. Интересная особенность этих земель: насыщенность людьми с богатой фантазией, любителями притчей, тостов, старинных легенд и сказаний, предпочитающими говорить на материнском языке, вне зависимости от мест проживания. Персонаж рассказа Умаровой пытается понять местных жителей через их обычаи и язык танца, а читателю предстоит понять самих персонажей по их поступкам. Вот одна женщина поджигает дом, чтобы муж и дом никому кроме неё не достались. А двоих поссорившихся гостей хозяева оставляют на втором этаже недостроенного здания, прячут лестницу до тех пор, пока те двое не помирятся. Лестница, правда, неожиданно сгорает в пожаре. Там пекут и раздают соседям три лепешки, чтобы отпугнуть от себя горе. Там закапывают семейное золото на огороде, чтобы потом искать клад – но больше так и не находят его. Там не верят, что человек мёртв, пока не увидят его могилу.

О смерти, казалось бы, говорит нам и рассказ «Запах хлеба и смерти» Каринэ Ходикян в великолепном переводе Татьяны Мартиросян, но только ли о ней и вообще о ней ли? Рассказ ошеломляет с первого абзаца: фактами, смыслами, языком. Едва вступив в текст, понимаешь: это высокая литература; здесь разложена без карт необыкновенно трагедийная история. Мальчик пяти лет впервые прочувствует отверженность: сверстники из его рук – словно из рук палача – не берут пищу. Брезгают. В двенадцать его настигнет дилемма, кажется, летального свойства: отказаться от занятия династии или навсегда себя тем наследственным делом повязать, как узами, то есть – сгубить себя? Победят ли могильный прелый запах, ароматы грудного молока, свежеиспеченного хлеба, дух мокрых пелёнок? Станет ли жизнь над смертью в доме потомственного могильщика? Мука и тесто забьют увядшие цветы?

От запахов перейдём к краскам.

Может ли быть яркой, сочно-подсвеченной, колоритно наполненной тундра? Именно такой удаётся показать тундру Александру Якутскому в рассказе «Панты». Вступление навевает в памяти картины Рокуэлла Кента: «Дорога к Асгору» и «Зима. Остров Монеган». Но на тундровых просторах появляются скарабеи: люди и псы, разворачивается совсем другая история, нежели на полотнах американского художника и писателя. Здесь трудятся «работники лотка и молотка», здесь устраивают геологический холодильник. Здесь ездят на охоту, добывают панты с рогов оленей. Но видимое геологическое братство и благость мужской компании вмиг разваливаются, как по законам детектива. Одна беспокойная ночь приносит событие, которым наказан «сильный» или желавший таковым казаться, а «слабые» и не думают ему сочувствовать. Свои законы у скарабеев. «А бурундук – птичка» у них.

Осторожнее! Далее вступает Елена Ермолович и её «Два рассказа» («Кот» и «Трусость»), которые заставят читателя резко перескочить из прекрасной или не всегда прекрасной реальности в мир полуреальности, жутковатого нуара, окровавленных спиц, туфель без каблуков и водителей-стриптизёров. Персонажи Ермолович эгоцентричны, играют во вседозволенность, существуют на грани фола, ненавидят обыденщину и... упускают жизнь. Зато в них напрочь отсутствует скучность. «Самоубийственное расстояние разделяет их – ее и жизнь», хочется так сказать, но это говорит уже другой автор о своих героях.

Янина Ахх в поэме «Молочные реки» из цикла «Недоаморы» знакомит нас с мокрым человеком, отменившим боль. Этот человек, вдумчиво смотрящий в никуда и хватающий нано-руками атомы воздуха, сумел объяснить женщине, ожидающей оргазмические роды, страдающей из-за потери своего студенческого живота, закапывающей плаценту в огороде, рисующей мандалы и орущей песни в ванной, объяснить, что теперь она называется самым распространённым в земном лексиконе, статусным словом мама. Кто кого обучит жизни?

Вы умеете считать до четырёх? Это не больно: один, два, три, четыре. Юлия Ефременкова в лапидарной подборке с обманчивым названием «Всё не то», в количестве всего четырёх зарисовок сумеет завербовать вас из праздно любопытствующего в верного поклонника её писательского таланта. Итак: «Голая», «Пасха в Савоне», «Мавры в Кальяри», «Предвестники эпидемии». Главное, что нужно знать об этом авторе: она проведёт вас фарватером своих повествований со слишком здоровыми глазами, и вы так и не узнаете, было это или не было. Правду прочли или небыль? Будете мучиться. Не сможете заснуть. Пока снова не вернётесь к подборке «Всё не то», пока не досчитаете до четырёх. Четыре, три, два, один. Это не больно.

Едва мы завершили просмотр основного материала рубрики Проза и Поэзия, как перед нами раскрылись ещё шесть рубрик: «Дружба на вырост», «Архив», «Культурный слой», «Подробное чтение», «Литературный барометр» и «Правила игры». Ни одной пропустить нельзя: начинается самое интересное.

Александр Селин подборкой «Зелёный клин» открывает рубрику «Дружба на вырост». Растёт мальчик, которому взрослые говорят: всё из-за тебя. Рядом умирают, убивают, сажают в тюрьму, а он только и слышит: всё из-за тебя. Растёт мальчик. Дружит с соседскими пацанами, и страшная дружба та ему на вырост.

Не спишите перелистывать страницы при виде рубрики «Архив». Здесь самое тайное, сургучное, подмётное. В «Письмах боли» Мелитон Казиты передаёт историю публикации романа, ставшего классикой осетинской литературы. Речь о романе Михала Булкаты «Седьмой поход Сослана Нарты». Автор романа безапелляционен в письме к другу: «Раз они заставили меня взяться за меч, то либо я кого-то зарублю, либо всажу его себе в сердце. По-другому никак». Но дело не только в злом редакторском умысле. Препятствием становились и внешние условия: пока разглагольствовали о музах, на улицах Цхинвали проходили политические акции.

Важность архивных доказательств подтверждает и Анатолий Цирульников в рубрике «Культурный слой». В работе «Из тайных архивов русской школы» поднимается вопрос ненужности министров просвещения, выясняются их статусы, правила назначения на должность, законы сменяемости – факты, интриги, расследования. А доносы? И доносы упоминаются. Только не всякий министр их принимал к рассмотрению, были и такие, что рвали, не читая.

Чем порадует рубрика «Подробное чтение»? В статье «Каждый читает свой литпроцесс» критик Елена Сафронова предлагает нашему вниманию размышления о двух других критиках авторитетных фигурах текущей литературы: Александре Чанцеве и Ольге Балла. Разговор идёт о поиске «объединяющей цельности». Уже сам поднятый вопрос вызывает любопытство: чем вызван интерес? И автор статьи даёт любителям подробного чтения подробный же ответ. Какой? Возможно, он находится в сочетании энциклопедичности, культурологии и культуртрегерства, причём у всех троих критиков. Но будет лучше, если вы отыщите свой ответ и просчитаете свой литпроцесс.

Как актуальный журнальный выпуск может остаться без «Литературного барометра», точного прибора, указывающего нынешние литературные погоды? Как известно, слушать чужие сны – дело скучное. Но Евгений Абдуллаев пересказывает нам «Четвёртый сон Агафьи Тихоновны», затосковавшей. И что же ей снится? А снится белая фата, твёрдая рука жениха, венчальный благовест. Может всё-таки наденет ей обручальное кольцо Сергей Шаргунов и поведёт под венец, под своды Ассоциации писателей и издателей. Пустые грёзы или оптимистичные видения? Массовка ждёт. Встречает новобрачных возле церкви. Только состоится ли брачный союз литературы и государства? И кому он нужен больше? И нужен ли? Кажется, барометр показывает на дождь или снова врёт.

От изменчивости погоды и привирания «высокоточных» приборов помогает соблюдение «Правил игры». В данной рубрике Борис Минаев со статьёй, заключающей номер, «Поверх всего». В названии прослеживается созвучие с пастернаковским сборником, потому что нынешняя жизнь строит нам много барьеров. Барьеры между странами, между городами, между народами, между дружбой народов. Но есть такие вещи, как воздух, память, литература – в них навсегда сосредоточены крупицы неподдельного, непреодолимого, неистребимого. Ни война, ни чума, ни время не властны над эмоциями потрясений. Об этом высказывание Бориса Минаева, оно не о правилах, но и о них тоже. Одно из правил – ничто никуда не девается. «Это вообще обо всем – ничто никуда не девается, не проходит. То, что настоящее: свобода и любовь, память и гармония, – оно всегда будет с нами.».

Наше наблюдение над прозой и поэзией в текущем номере не наградило нас картиной однозначной победы одного над другим. Да и возможно ли их уравнивать, как и сопоставлять? Но интересно ведь сопоставить. Просто интересно, знаете ли.


ЧИТАТЬ ЖУРНАЛ


Pechorin.net приглашает редакции обозреваемых журналов и героев обзоров (авторов стихов, прозы, публицистики) к дискуссии. Если вы хотите поблагодарить критиков, вступить в спор или иным способом прокомментировать обзор, присылайте свои письма нам на почту: info@pechorin.net, и мы дополним обзоры.

Хотите стать автором обзоров проекта «Русский академический журнал»? Предложите проекту сотрудничество, прислав биографию и ссылки на свои статьи на почту: info@pechorin.net.


 

587
Калинкина Галина
Проживает в Москве. Работает редактором прозы и нон-фикшн сетевого критико-литературного журнала «ДЕГУСТА.РU». Публиковалась в журналах «Юность», «Textura», «ДЕГУСТА», «Литературный Вторник», «Клаузура», «Культурная инициатива», «ЭТАЖИ», «Новый Свет», «7 искусств», «СЕВЕР» и в интернет-журналах ГуРу АРТ, ОРЛИТА, ЧАЙКА. Член жюри Международной литературной премии ДИАС-2021 им. Д. Валеева (Татарстан) и член жюри V Международной премии «Волга-Перископ»-2021. Финалист (второе место) МЛК «Волошинский сентябрь» – 2021 в номинации Критика.

Популярные рецензии

Жукова Ксения
«Смешались в кучу кони, люди, И залпы тысячи орудий слились в протяжный вой...» (рецензия на работы Юрия Тубольцева)
Рецензия Ксении Жуковой - журналиста, прозаика, сценариста, драматурга, члена жюри конкурса «Литодрама», члена Союза писателей Москвы, литературного критика «Pechorin.net» - на работы Юрия Тубольцева «Притчи о великом простаке» и «Поэма об улитке и Фудзияме».
6254
Козлов Юрий Вильямович
Без умножения сущностей (о короткой прозе Алексея Вронского)
Рецензия Юрия Вильямовича Козлова - прозаика, публициста, главного редактора журналов «Роман-газета» и «Детская Роман-газета», члена ряда редакционных советов, жюри премий, литературного критика «Pechorin.net» - на короткую прозу Алексея Вронского.
2852
Жучкова Анна
«К сердцу сердцем прижмись!» (о короткой прозе Артема Голобородько)
Рецензия Анны Жучковой - кандидата филологических наук, литературоведа, литературного критика, доцента кафедры русской и зарубежной литературы РУДН (Москва), члена Союза писателей Москвы, члена Большого жюри премии «Национальный бестселлер», литературного критика «Pechorin.net» - на короткую прозу Артема Голобородько.
2494
Козлов Юрий Вильямович
«Обнаженными нервами» (Юрий Козлов о рассказах Сергея Чернова)
Рецензия Юрия Вильямовича Козлова - прозаика, публициста, главного редактора журналов «Роман-газета» и «Детская Роман-газета», члена ряда редакционных советов, жюри премий, литературного критика «Pechorin.net» - на рассказы Сергея Чернова.
2438

Подписывайтесь на наши социальные сети

 
Pechorin.net приглашает редакции обозреваемых журналов и героев обзоров (авторов стихов, прозы, публицистики) к дискуссии.
Если вы хотите поблагодарить критиков, вступить в спор или иным способом прокомментировать обзор, присылайте свои письма нам на почту: info@pechorin.net, и мы дополним обзоры.
 
Хотите стать автором обзоров проекта «Русский академический журнал»?
Предложите проекту сотрудничество, прислав биографию и ссылки на свои статьи на почту: info@pechorin.net.
Вы успешно подписались на новости портала