«Урал» № 1, 2021
Литературно-художественный и публицистический журнал «Урал» издается в Екатеринбурге с 1958 года. Выходит 12 раз в год. Тираж 1500 экз. На страницах «Урала» печатались классики уральской литературы – Николай Никонов, Андрей Ромашов, Алексей Решетов, Борис Рыжий – и классики литературы мировой – Джон Фаулз, Франц Кафка, Владимир Набоков, Агата Кристи. В «Урале» публиковались ведущие современные прозаики, поэты и драматурги, среди них Владимир Маканин, Ольга Славникова, Александр Иличевский, Александр Кушнер, Майя Никулина, Николай Коляда, Василий Сигарев и многие другие.
Олег Анатольевич Богаев — главный редактор, Сергей Беляков — зам. главного редактора по творческим вопросам, Надежда Колтышева — зам. главного редактора по вопросам развития, Константин Богомолов — ответственный секретарь, Андрей Ильенков — зав. отделом прозы, Юрий Казарин — зав. отделом поэзии, Валерий Исхаков — литературный сотрудник, Александр Зернов — литературный сотрудник, Татьяна Сергеенко — корректор, Юлия Кокошко — корректор, Наталья Бушуева — бухгалтер, Альберт Сайфулин — оформление обложки, редакционная коллегия: О. Богаев, С. Беляков, Н. Колтышева, К. Богомолов, А. Ильенков Редакционный совет: Д. Бавильский, Л. Быков, А. Иличевский, Е. Касимов, М. Липовецкий, В. Лукьянин, М. Никулина, А. Расторгуев.
Грипп, муравьиный бог, самолеты и «Перевал Дятлова»
(о журнале «Урал» № 1, 2021)
Есть города, есть города-миллионники, а есть города, где выходят толстые литературные журналы российского уровня. С их помощью региональное культурное пространство пересекается с всероссийским, а то и с глобальным. Живой пример – журнал «Урал», в котором, во-первых, публикуются не только уральцы, а во-вторых, обращается внимание на все заметные книжные и журнальные новинки страны. В «Урале» есть критическая рубрика «Журнальная полка» по разбору прозы, вышедшей в свежих номерах других «толстяков». Благородная позиция.
Рассмотрим первый номер «Урала» за 2021 год. В его поэтическом блоке идут подборки Сергея Ивкина, Натальи Разувакиной, Евгении Извариной, Юлии Кокошко и Алексея Порвина.
«Палевое облако страны...» Сергея Ивкина – стихи в духе «гражданской лирики» с ее неизменным атрибутом – бытописательством, служащим поводом для размышлений. У поэта «стиходействует» фейсбук, появляется инфоповод, окружающее пространство сравнивается с лагерем, а большое стихотворение «2020» утверждает: «комиксы нам подарили грипп». Лучшим в подборке мне представляется самое безыскусное стихотворение:
В такое адское время задача искусства – не социальный отклик, а обращение к вечной нравственной проблеме.
В гражданских мотивах Ивкин перекликается с Натальей Разувакиной. Она тоже фиксирует действительность вплоть до темы «Немного о работе вахтовым методом». Разумихина предпочитает циклы стихов – и в этой подборке их три: «Памяти брата», «Неностальгия» и «Окнами на север», по последнему и подборка озаглавлена. Выделяется среди них пронзительный цикл «Памяти брата» о родственной любви-душе. И – с другим знаком – цикл «Окнами на север» –– тоже о любви, но уже – как мне прочиталось – к России, которая одновременно отождествляется с человеком и Богом. С центоном из Визбора:
Эти два автора – представители традиционной поэзии не только по ритмо-рифмованной форме, но и по «человеческому» содержанию стихов, по обращению к социальным и психологическим проблемам, по эмоциональности текста, даже по центонам. А вот Евгения Изварина (подборка «Дар осязания пустот невыразимых...») экспериментирует с языком больше, чем с тематикой: ее стихи не рассказывают, а создают образы.
Поэзия Юлии Кокошко – интеллектуальная. Я бы сказала, интеллектуальная проза, переведенная на поэтический язык (нет, не записанная как стихи, «в столбик», а оформленная в стихи). Здесь есть своя (весьма индивидуальная) образность и свои поэтические приемы: внутренняя рифма, «зеркальные» созвучия. Иногда автор созвучно оканчивает строки – хотя явно предпочитает верлибры. Длинное стихотворение, посвященное Е. Волович, – это целая пьеса. В ней есть фраза: «Кто переводит на человекояз Карпа?» – ключевая для понимания если не всего творчества Кокошко, то подборки стихов «Пастухи сумерек». Поэтесса «переводит на «поэтояз»» свое представление о мире.
Алексей Порвин (подборка «Выше уровня сердца и слов...») – стихи классической формы с «противящимся» этой классичности содержанием. Подобно Евгении Извариной, он не описывает происходящее и не рассказывает о нем, а передает свои (или лирического героя, весьма близкого с автором) ощущения. Для этого намеренно ломает язык и пренебрегает азами стихосложения. Диалогичности ради некоторые строки и строфы стихов Порвин записывает курсивом, точно эпиграфы или чьи-то голоса; остальное – дает прямым шрифтом.
Поэт и историк литературы Валерий Шубинский писал о Порвине, что он «получил прямое наследство, но в сжатом, сконцентрированном виде. ...он редкий пример той правильной преемственности между большими эпохами, которая в русской поэзии была так дефицитна», – и высказывал предположение, что перед нами поэт следующего эона. Видимо, так и есть, следующие поколения поэтов ответят ему...
Итак, в поэтическом блоке «Урала» № 1 всего пять авторов – и практически все формы и возможности текущей русской поэзии. Если подходить проще, то в журнальном номере собрана поэзия на любой вкус.
В прозе этого номера нет такого разнообразия стилей – за одним исключением. В номере представлен фрагмент книги Саши Николаенко «Муравьиный бог», которая скоро выходит в «АСТ». «Урал» тут не просто оправдывает постулат, что публикация прозы в толстом журнале есть первый шаг к публикации книги – но и делает продвижение будущего издания. Это иллюстрирует коммуникативную функцию «толстяков».
В журнале приведена первая часть романа Николаенко с эпиграфом из Откровения: «Се, стою у двери твоей и стучу, и если кто услышит голос Мой и отворит, войду к нему, и буду с ним...». Эти строки истолковывали многие святые отцы. Мне показалось ближе толкование Святителя Тихона Задонского: «Вот Сам Бог хочет к нам прийти, и Себя в познание нам подать!» Но сюжет едва ли не инфернальный... Все начинается с «партийного» покойника, который лежит в деревенском доме, с мальчика Петруши, который ездит на велосипеде и познает мир – лягушки, гадюки, забор, с его бабушки, балакающей с соседками. В анонсе номера было сказано, что это подарок любителям орнаментальной прозы. Да, слог Николаенко избыточно пышен, особенно в описании деревенского лета. А разговорная речь бабушки кажется слишком деланной: «Лятять, а де тот черть расковырял, ни ты?».
По ознакомительному фрагменту «Муравьиный бог» весьма похож на роман этого же автора «Небесный почтальон Федя Булкин». В речах бабушки так же упоминается, что мальчик Петрушка – сиротка; внук так же, как Федя, видит перед собой маму и папу (судя по атмосфере действия, неживых) и даже так же собирается писать о своей жизни: «И безвозвратно возвращалось счастье шорохом страниц, и день за днем вмещалась жизнь в размашистый, с тяжелой вдавкой, подчерк, на память вечности тетрадь...» Да и надрывность в новом тексте та же, что и в «Феде» - и мощная религиозная подложка, судя по эпиграфу, появится... Неужели Николаенко становится автором одной темы?.. Впрочем, не будем судить, пока не прочитаем весь роман.
В журнале опубликована первая часть романа Наталии Репиной «Жизнеописание Льва» «из 1976 года» о детстве маленького мальчика, сына одинокой мамы – преподавательницы Гнесинки. Летом немногочисленное семейство собирается на дачу. В своем нежном возрасте мальчик Лев знает уже, что 6 июня – день рождения Пушкина. Но ни он, ни взрослые, ни милиция не знают, что на рассвете этого дня «...с ...проходящего товарного спрыгнул худой маленький человек, юрко, как ящерица, ввинтился в придорожные кусты и, похоже, в них и растворился, потому что дальнейший его путь никак не прослеживается». Большинство событий романа поданы глазами мальчика, но в него решительной рукой вписаны элементы объективной картины – что соседка, мама двоих детей, спит с одиноким хирургом, или что спрыгнувший с поезда тип ищет приют в дачном поселке. Это сразу придает идиллии зловещесть. А когда беглеца начинает искать милиция, зарождается боевик, к которому причастны все дачники.
Мальчик Лев прорисован психологически точно – живущий в своем внутреннем мире («Это еще одна его потребность — разговоры с бессловесными»), начитанный не по годам – такой, каким и должен быть мальчик, родившийся от связи концертмейстера со своим юным подопечным и знающий не отцовское, а трепетное женское воспитание. Панорама событий в первой части «Жизнеописания...» тянет не на роман – на повесть. Но в продолжении в следующем номере Лев уже взрослый, на дворе конец 1990-х, захватывающие события исчерпываются, зато нарастает градус психологизма.
Рассказы Марата Баскина «Ехал Грека...» тоже написаны с точки зрения ребенка: три истории о жизни евреев в послевоенном сталинском СССР – белорусском местечке Краснополье. Детским взором с доверительной интонацией это рассказано страшно. Проза Баскина на грани публицистики – но при этом художественная. Национальная тема в многонациональной среде – тонкая, рискованная, болезненная, но Баскину удается ее раскрыть с большой добротой и без назидательности. Доброту в этих сюжетах проявляют самые обиженные судьбой люди.
Роман Ольги Покровской «Летучий корабль» живо напомнил «научные» романы Даниила Гранина – больше всего «Иду на грозу». Аналогию создает то, что книга о людях и самолетах – советских авиастроителях. Начало действия приходится на ранние восьмидесятые, на «Илы» и «Ту», на только что построенный «Буран» и на еще более перспективные модели самолетов, которые разрабатывает предприятие «Витязь». А заканчивается, судя по упоминанию «Су-35», в наши дни. Между этими двумя вехами располагается цепь событий в отечественном самолетостроении, приведших его к нынешнему катастрофическому состоянию. Тема, прямо говоря, не для всех. Но она подана через судьбы молодых сотрудников отрасли, и это придает человечности. Да, в образах основных персонажей характерна «гранинская» раскладка – Павел не очень заметный, но ответственный труженик, Игорь смышленый карьерист, и «поведение» в 1980-х определяет их дальнейшее место в жизни. Классическая «производственная» проза. Опубликованная в № 9 «Нового мира» за 2020 год повесть Покровской «Ночной приятель» привлекла меня больше своей парадоксальностью, но она во всех своих вещах наследует русской литературе Золотого века – мало литературных экзерсисов, но довольно характеров, психологий и событий, раскрывающих дух времени.
В критическом блоке выделяется рецензия Наталии Анико «Птицы не виноваты» на роман Андрея Аствацатурова «Не кормите и не трогайте пеликанов». Она убийственно отрицательная. Отрицает все: психологию главного героя, неправдоподобно сделанного «инфантильным, как двенадцатилетний школьник», хотя он взрослый преподаватель зарубежной литературы, его шуточки дошкольного уровня, с горшками и сортирами, его глухоту к французской классике, неприятие «Манон Леско», перегруженность ненужными подробностями и отступлениями и, наконец, собственно пеликанов, «искусственно притянутых к сюжету». И убийственно же корректная. На фоне «новых критиков» умение высказать негативную правду о книге, никак не затронув ее автора, представляется уникальным.
Рецензия Даниила Рытова «Лохономикон» на книгу Кирилла Рябова «Пёс» хвалит его, опираясь на то, что рецензент еще в 2016 году в романе Рябова «Клей», ощутил «культурологический нокаут» и предвидел большое будущее писателя. Задача критических рубрик «толстяков» – зафиксировать положение дел в текущей литературе (как Артур Шопенгауэр называл газету «секундной стрелкой истории»). И не только в «большой литературе», но и в региональной. Константин Богомолов пишет о книге Евгения Зашихина «Белинка: 12 глав истории. К 120-летию Свердловской областной научной библиотеки им. В.Г. Белинского (1899–2019)». Его материал коррелирует с краеведческим очерком Сергея Беляева «Верх-Исетский народный дом» – об истории одного из екатеринбургских театров, в советские годы – «Пролетарки». Очерк добротный и нейтральный по тону – автор ищет в прошлом не конфликт, не драматургию, а просто раскрывает его тайны.
Упомянутой выше «Журнальной полки» в этой журнальной книжке нет, но традиционная рубрика «Слово и культура» обновила формат. Юрий Казарин подготовил для поэтов – авторов «Урала» несколько общих вопросов. Они простые – когда вы начали писать стихи, ваши любимые авторы, ваши любимые тексты, - но, отвечая на одни и те же вопросы, люди словно бы говорят о разных вещах и раскрываются с неожиданных сторон. Два вопроса все же каверзные: о верлибре и о предназначении поэта. В первом номере рассуждали о столь возвышенных предметах Ольга Седакова, Алексей Алёхин и Андрей Тавров.
«Зарубежный» акцент придает номеру «Иностранный отдел», в котором Сергей Сиротин анализирует роман американца Пола Остера «Бруклинские глупости». По мнению критика, «Бруклинские глупости» — это как раз пример «автофикшн». Но это также и «метафикшн», или, по-русски, «метароман», который «пишет его рассказчик, новоиспеченный пенсионер Натан Гласс». Пожалуй, я не буду читать книгу Пола Остера – мне и отечественных метароманов более чем достаточно... Но эта рубрика важна для читателей рекомендательностью – большинство из нас плохо ориентируется в новой иностранной литературе.
Чтобы это исправить, в драматургической рубрике находится пьеса американского театрального деятеля Патрика Марбера «Сближения». Перевел ее преподаватель ЕГТИ Алексей Бадаев. Отдельные ремарки сообщают, что «данный отредактированный вариант текста является единственно правильной авторизованной версией пьесы», и что она уже поставлена в Свердловском театре драмы Михаилом Заецем. История о любовном четырехугольнике – в мейнстриме «новой драматургии», и знакомство с ее западным образчиком лишним не будет.
В этом номере есть и рубрика «Волшебный фонарь» (рецензии на кино). В статье «Фантастика, основанная на реальных событиях», автор, скрывающийся за аббревиатурой С.В. С., справедливо порицает сериал «Перевал Дятлова» 2020 года. Не знаю, кто он, но явно человек «насмотренный» и скептический. Приятно, что мое дилетантское впечатление о сериале совпадает с мнением профессионала в части: «Эта сюжетная линия (зомби. — Е.С.), как и все эпизоды с возвращением в годы Великой Отечественной войны, — просто балласт, ...не имеющий никакого отношения к истории группы Дятлова». И: «... сериал снимался не с целью достоверно показать случившееся, а с целью развлечь зрителя запутанной историей». Критик итожит: «Перевал Дятлова» на выходе оказался «обычной фантастикой», не оригинальной по замыслу, а не анонсированной долгожданной правдой.
Со стороны литературного журнала дальновидно публиковать иногда и кинокритику, демонстрируя фирменный «толстожурнальный» аналитический подход. Вообще, этот номер «Урала» успешно иллюстрирует «всеохватность» толстого журнала как культурного феномена.
ЧИТАТЬ ЖУРНАЛ
Pechorin.net приглашает редакции обозреваемых журналов и героев обзоров (авторов стихов, прозы, публицистики) к дискуссии. Если вы хотите поблагодарить критиков, вступить в спор или иным способом прокомментировать обзор, присылайте свои письма нам на почту: info@pechorin.net, и мы дополним обзоры.
Хотите стать автором обзоров проекта «Русский академический журнал»? Предложите проекту сотрудничество, прислав биографию и ссылки на свои статьи на почту: info@pechorin.net.
Популярные рецензии
Подписывайтесь на наши социальные сети
