На грани сна и яви (о стихах Юлии Сафроновой)

21.03.2020 11 мин. чтения
Крюкова Елена
Рецензия Елены Крюковой - русского поэта, прозаика, искусствоведа, профессионального музыканта, литературного критика «Pechorin.net» - на стихи Юлии Сафроновой.

На грани сна и яви (Елена Крюкова о стихах Юлии Сафроновой)

Объемный мир, многонаселенный - населенный точными наблюдениями, метафорами, драгоценными подробностями, уникальными деталями, - и трагический. Высоко-трагический. Это и прекрасно. Автор работает на острие боли, но, к счастью, не теряет этот латентный объем, широкий взгляд художника, позволяющий удержать - сознанием и эмоцией - большое пространство стихотворения, тем более - стихотворного цикла или поэмы.

«Интоксикация» - такая поэма, где, оттолкнувшись от стилистики Маяковского, автор выходит на остросовременные психологические (и вербальные!) рубежи. Текст приграничный и даже пограничный, идущий по лезвию бритвы между ясным и горьким сознанием и отчаянным обрушением в великолепие бреда. Ассоциация с ранним Маяковским тут обманчива. Перед нами - мир современного, а может, и завтрашнего человека, привычного к душевным метаниям, но и способного эти свои метания наблюдать и отстраненно анализировать:

...инфицированный,

не вы ли

обрекли меня на медвежью услугу

раскошеливаться,

сами же мира моего испили

(сверх дозы),

болящим прослыли

 

и втянули телесный остаток мой

в круговую поруку

 

глухости

робости

 

(без преувеличения!)

(«Интоксикация»)

Горячность и холодность сплетаются странно и больно. Удивителен сплав простых, даже бытовых слов, без насыщения текста архаизмами или эффектными метафорами, и сильной эмоции пресловутой «высокой болезни», когда сама жизнь, вся жизнь и любовь - интоксикация, и вот уже художник выходит на мощную метафоричность, признаки которой - укрупнение пространства: болеет вся земля, Земля-планета становится такой мегаметафорой, к ней, как к гигантскому магниту, притягивается и экшн, и лексика и конкретного фрагмента, а в результате - и всей поэмы:

...затемненные руки-реки,

 

зараженные воды

с реактивами пепла,

зарытые в снег –

только труд Сизифов,

 

котлованные ветры,

молчаливые земли

здесь под натисками и набегами

лучших потомков скифов,

 

и хотелось бы верить, что

не пропитались вы,

не надышались парами,

 

здесь выуживать желчь

пурпурной жидкостью –

дело губительно...

(«Интоксикация»)

Это некий поэтический постапокалипсис. Попытка выхода из личной боли и личной трагедии на общемировые рубежи. Поэма написана в гибких ритмах и переливах верлибра, со вспышками силлабики, и, несмотря на отсутствие фолк-русского антуража и колорита, очень русская, даже «тарковская» (имею в виду фильмы Андрея Тарковского, а не прозу Михаила Тарковского).

После выхода на космические масштабы вИдения автор возвращается к себе как к точке лирической концентрации. Монолог, звучащий ясно и горько, исповедь страдающего «я» вплотную соприкасается с возрождением, воскрешением - внутри невозможности жить:

дайте скальпель, я

рассеку себе

неуклюжий рот,

чтобы сделать вдох...

(«Интоксикация»)

Юлия Сафронова часто работает на грани сна и яви. Сновидение слишком рядом, да еще такое притягательное, жалко его упустить; мечта может ожить; входя в нее, выходишь из одиночества. Таково стихотворение о видении Парижа лирической героиней посреди осени, у одинокого окна. Но и сладостное видение исчезает, реальность рядом, ее осенняя горечь крепче мимолетного парижского сна:

Здесь осень порядки наводит свои –

Всё шуршит: поперек и вдоль,

 

И зыбкий Париж исчезает

(Не доглядеть...)

(«Сидеть и смотреть на осень...»)

Юлия Сафронова столь же нервно-интеллектуальна, сколь и щедро-живописна. Оба этих начала в ее поэзии сплетаются, взаимопроникают и нисколько не мешают друг другу. Перед нами подлинный, интересный художник, который делает благородную (и вечную...) попытку соединить, посредством искусства, невероятие безбрежного времени и одну маленькую человеческую жизнь; часто поэт делает это при помощи погружения в ночной пейзаж:

Время насупилось:
Щурится,
Трёт глаза -
Ранние сумерки в городе
После трёх,

День монохромный
Тягуч, затуманен, сжат,

Пухлых ворон за окном
Неразборчивый громкий трёп,

 

Кажется,
Городу некого торопить –

Некому торопиться,
Тревожиться,
Бить в набат...

(«Время насупилось...»)

Лейтмотив времени красной нитью проходит сквозь стихи, тайно или явно. «Время хандрит и трясется в моих руках...», «...и солнца меньше, и день ледяной короче...», «...детство далекое, снежное, остановись!..» - все это признаки обостренного, трагического чувства, ощущения времени как одушевленного существа, что вершит судьбами живых, и безликого фатума, которому все равно, кто живет и кто завтра будет жить на земле.

У Юлии Сафроновой свой голос, свой взгляд, свой поэтический мир. С интересом буду следить за ее художественной эволюцией.


Елена Крюкова (личная страница).


 

Сафронова Юлия

 

Интоксикация
(поэма)
 
/Интоксикация (здесь) - острое психоэмоциональное отравление/
 
«Что же, и этого не хватит?
Скоро криком издерется рот.
Слышу:
тихо,
как больной с кровати,
спрыгнул нерв.
И вот, —
сначала прошелся
едва-едва,
потом забегал,
взволнованный,
четкий.
Теперь и он и новые два
мечутся отчаянной чечеткой.
...
Нервы —
большие,
маленькие,
многие! —
скачут бешеные,
и уже
у нервов подкашиваются ноги!»
В. Маяковский
«Облако в штанах»
1
...в этой исповеди
не будет «Сеятелей»,
не будет неба звездного
и солнца огненного распахнутого,
 
сколь не старайтесь,
но вы не посмеете
лишить меня воздуха,
хоть и
тяжелого
тесного
затхлого
/Ван Гог «Сеятель» 1888/
 
2
...инфицированный,
не вы ли
обрекли меня на медвежью услугу
раскошеливаться,
сами же мира моего испили
(сверх дозы),
болящим прослыли
 
и втянули телесный остаток мой
в круговую поруку
 
глухости
робости
 
(без преувеличения!)
 
я же смотрела на жизнь
(ожидая лучшие новости),
долго лелея смысл
вашего ко мне
влечения –
привлечения
внимания,
 
все эти дарственные и вольные
не запустят механизмы венозных выбросов:
 
от того голова моя
чернотой просмолена,
 
и глазеть мне на вас теперь
только
искоса,
подбирая противоядие
 
зря
 
эти впрыснутые инъекции
не описаны в здешних справочниках,
 
если бы стало всё это
фикцией
или
названо было
жалобой
однолюба идейного
(шизофреника)
в ватиканских локулах
заживо
замурованного –
 
я бы роль
не мученика, но проповедника
благочестиво примерила
и
смиренная
вас выхаживала
 
но
 
все боли мои –
нагноения ядовитые –
монологами,
точно копья туземные,
в тело воткнуты
 
были слезы холодные
океанами синими
ледовитыми,
 
а теперь
за борт сброшенные нечистоты
 
отголосками
инфицированного рокота...
 
3
...а вы и не знали:
 
бывают отёки,
застои лимфы,
распухшие веки,
 
головные боли,
в которых вы
не живете,
 
затемненные руки-реки,
 
зараженные воды
с реактивами пепла,
зарытые в снег –
только труд Сизифов,
 
котлованные ветры,
молчаливые земли
здесь под натисками и набегами
лучших потомков скифов,
 
и хотелось бы верить, что
не пропитались вы,
не надышались парами,
 
здесь выуживать желчь
пурпурной жидкостью –
дело губительно
 
да, случаются «скорые»,
но
не всегда
за юродивыми
за нами,
 
а вы и не знали:
 
да и я не знала,
и мне ли
простительно...
 
4
слепа...
слегла в атрофию мышц,
 
по костям не счесть
пальцев для молитв,
 
и стакан воды
(вполовину пуст)
беглым ливнем с крыш
мимо уст
(по стеклу и стенам)
пролит –
испит...
 
только не сули-
те мне
исхудавший вид,
чемоданный треск,
осторожный шаг –
 
дайте скальпель, я
рассеку себе
неуклюжий рот,
чтобы сделать вдох,
 
следом резкий всхлип –
ледяной ушат,
 
снова зрячей стала,
и уже встаю
из тряпичных мышц,
и ловлю глоток...
07/2019
***
«Печально вам?
Идите сразу в осень...»
Д. Вагин
Сидеть и смотреть на осень
в большом окне,
Выдумывать город,
Задумывая Париж,
 
Искать объяснения миру
в последнем сентябрьском дне,
Срисовывать утро с овальных фанерных крыш,
 
Ловить заплутавшее облако
в мякоти золотой
(Как плачет оно протяжно!)
Да только ему, бледо-бокому,
Не уцелеть:
 
Здесь осень порядки наводит свои –
Всё шуршит: поперек и вдоль,
 
И зыбкий Париж исчезает
(Не доглядеть...)
 
Крадется по скверам
задумчивый ветер –
Теряется в проводах,
И путает слоги,
Со мной заключив пари:
Сидеть и молиться
всем вымышленным богам,
 
Каштанам крылатым нашёптывать:
Mon vis-a-vis...
 
Сидеть и надеяться,
Кофе густой цедить,
С горчинкой подмешивать
Мысли воскресные
К утренней тишине
 
И снова искать объяснения миру
И
не находить,
 
Лишь на Елисейских полях задержаться,
Как в сладком сне...
09/2019
А ТАМ ЗИМА...
«Только осень - не осень уже
под ржавеющим хлипким сукном...»
1.
А там зима
Во всю
Скрипит,
Буянит,
Взъерошивает снежную пыльцу
В изогнутой листве
И обещает
Покой встревоженному влажному лицу,
 
А там зима
По загородным хвойным
Лесам хлопочет,
Сыпется с полей,
Сварливый ветер
Зачастил и воет,
Красуясь белозубостью своей,
 
А там зима,
В простор вцепившись ватный,
Желейным небом, сбившимся с пути,
Под шелест ноябристости
Кудлатой
Свистит,
Свирепствует,
Поспешно семенит
И смотрит пристально
с паленовских полотен,
Кружится хороводами у ног,
 
А там зима –
А я вернулась
В осень:
В московский молчаливый
Закуток...
11/2019
 
2. От тёмных оттенков
«Декабрь просыпался и вдумчиво льнул к ладоням...»
От темных одежд неизбежно впадаю в кому,
И солнца меньше,
И день ледяной короче,
Скорей бы
Схватиться за тёплую руку,
Скорей бы к дому -
Декабрь настаёт
Неизбежно,
Мгновенно,
Молча...
 
Как долго хотелось снега
И вот он сыплет,
И белобородый полдень
До точки сжимает утро,
И небо рисуется
Светлым,
Радушным,
Сытым -
Декабрьским повесой
Застенчивым почему-то,
 
И улицы пенятся,
Спутанные мишурою,
И блеск фонариный
Податлив,
Услужлив,
Скромен,
И падают хлопья:
Сплетаются между собою,
И город,
Подобно из нитей мерцающих,
Скроен...
12/2019
 
3.
«Кротко придвинемся к краю,
Нащупаем пульс...»
Время насупилось:
Щурится,
Трёт глаза -
Ранние сумерки в городе
После трёх,
День монохромный
Тягуч, затуманен, сжат,
Пухлых ворон за окном
Неразборчивый громкий трёп,
 
Кажется,
Городу некого торопить –
Некому торопиться,
Тревожиться,
Бить в набат,
 
Реки мельчают -
До Черного не доплыть,
И за пределами стен краснощёких
Беснуется тьма,
 
Время измучено морщится
(Хоть реви!)
Строго, настойчиво, жадно
Велит терпеть
И разузнать,
Где уснул он, и сколько ещё проспит
Этот сафитовый город,
Которому бы
Побелеть...
12/2019
 
4. Туманы
Влажные простыни –
Плотный туман в окне,
Рыхлый асфальт
Черной глыбой
Вздымает грудь,
Тонет дыхание в замкнутой тесноте
Скученных звёзд -
В сонном небе
По каплям
Ртуть,
 
День многослойный пролистываю назад,
В детство мохнатое кубарём пронесусь,
Громкий хрипучий ветрище за шиворот и в глаза:
Холодно жжётся,
Трещит -
На даёт вдохнуть,
Снегом душистым в лицо –
Я слетаю вниз,
Сброшены варежки
В пышный густой сугроб!
Детство далёкое,
Снежное,
Остановись!
Только скулят и скребутся туманы
В моё окно.
*
Город под пеплом -
Помпеи
В седых песках,
В воздухе пыльном
Застывшая тишина,
Время хандрит и трясётся
В моих руках -
Отогреваю его
И, наверное,
Я не одна...
12/2019

*Пунктуация авторская


Юлия Сафронова. Родилась в Москве, 28.04.1982. Окончила гуманитарный класс средней общеобразовательной школы №1128 (Гимназия №1593). С отличием окончила музыкальную школу имени В.И. Мурадели. Бакалавр лингвистики, РУДН (английский/французский). Автор, куратор и редактор интернет-проекта о Методе Пилатеса (www.LifeStylePilates.ru). Пишет статьи, переводит зарубежные материалы и редактирует тексты для проекта на профессиональную тему. С литературой близко связана со школьных лет. Стихи пишет с 14 лет, и все они – «поэтический дневник её времени». Доработаны (но пока не изданы) два поэтических сборника: «Берега» (работы 1999-2009), «Нити» (работы 2010-2018). C 2019 года – слушатель Высших Литературных курсов Литературного института им. А.М. Горького. С 2020 года – участница Литературного объединения «Кипарисовый ларец» И.И. Болычева (Лит. Институт им. А.М. Горького).

1877
Автор статьи: Крюкова Елена.
Русский поэт, прозаик, искусствовед, член Союза писателей России, член Творческого Союза художников России, профессиональный музыкант (фортепиано, орган, Московская консерватория), литературный критик «Pechorin.net».
Пока никто не прокомментировал статью, станьте первым

ПОПУЛЯРНЫЕ РЕЦЕНЗИИ

Жукова Ксения
«Смешались в кучу кони, люди, И залпы тысячи орудий слились в протяжный вой...» (рецензия на работы Юрия Тубольцева)
Рецензия Ксении Жуковой - журналиста, прозаика, сценариста, драматурга, члена жюри конкурса «Литодрама», члена Союза писателей Москвы, литературного критика «Pechorin.net» - на работы Юрия Тубольцева «Притчи о великом простаке» и «Поэма об улитке и Фудзияме».
6254
Козлов Юрий Вильямович
Без умножения сущностей (о короткой прозе Алексея Вронского)
Рецензия Юрия Вильямовича Козлова - прозаика, публициста, главного редактора журналов «Роман-газета» и «Детская Роман-газета», члена ряда редакционных советов, жюри премий, литературного критика «Pechorin.net» - на короткую прозу Алексея Вронского.
2852
Жучкова Анна
«К сердцу сердцем прижмись!» (о короткой прозе Артема Голобородько)
Рецензия Анны Жучковой - кандидата филологических наук, литературоведа, литературного критика, доцента кафедры русской и зарубежной литературы РУДН (Москва), члена Союза писателей Москвы, члена Большого жюри премии «Национальный бестселлер», литературного критика «Pechorin.net» - на короткую прозу Артема Голобородько.
2494
Козлов Юрий Вильямович
«Обнаженными нервами» (Юрий Козлов о рассказах Сергея Чернова)
Рецензия Юрия Вильямовича Козлова - прозаика, публициста, главного редактора журналов «Роман-газета» и «Детская Роман-газета», члена ряда редакционных советов, жюри премий, литературного критика «Pechorin.net» - на рассказы Сергея Чернова.
2438

Подписывайтесь на наши социальные сети

 

Хотите стать автором Литературного проекта «Pechorin.Net»?

Тогда ознакомьтесь с нашими рубриками или предложите свою, и, возможно, скоро ваша статья появится на портале.

Тексты принимаются по адресу: info@pechorin.net.

Предварительно необходимо согласовать тему статьи по почте.

Вы успешно подписались на новости портала