"
Крюкова Елена 21.03.2020 11 мин. чтения

На грани сна и яви (Елена Крюкова о стихах Юлии Сафроновой)

Объемный мир, многонаселенный - населенный точными наблюдениями, метафорами, драгоценными подробностями, уникальными деталями, - и трагический. Высоко-трагический. Это и прекрасно. Автор работает на острие боли, но, к счастью, не теряет этот латентный объем, широкий взгляд художника, позволяющий удержать - сознанием и эмоцией - большое пространство стихотворения, тем более - стихотворного цикла или поэмы.

«Интоксикация» - такая поэма, где, оттолкнувшись от стилистики Маяковского, автор выходит на остросовременные психологические (и вербальные!) рубежи. Текст приграничный и даже пограничный, идущий по лезвию бритвы между ясным и горьким сознанием и отчаянным обрушением в великолепие бреда. Ассоциация с ранним Маяковским тут обманчива. Перед нами - мир современного, а может, и завтрашнего человека, привычного к душевным метаниям, но и способного эти свои метания наблюдать и отстраненно анализировать:

...инфицированный,

не вы ли

обрекли меня на медвежью услугу

раскошеливаться,

сами же мира моего испили

(сверх дозы),

болящим прослыли

 

и втянули телесный остаток мой

в круговую поруку

 

глухости

робости

 

(без преувеличения!)

(«Интоксикация»)

Горячность и холодность сплетаются странно и больно. Удивителен сплав простых, даже бытовых слов, без насыщения текста архаизмами или эффектными метафорами, и сильной эмоции пресловутой «высокой болезни», когда сама жизнь, вся жизнь и любовь - интоксикация, и вот уже художник выходит на мощную метафоричность, признаки которой - укрупнение пространства: болеет вся земля, Земля-планета становится такой мегаметафорой, к ней, как к гигантскому магниту, притягивается и экшн, и лексика и конкретного фрагмента, а в результате - и всей поэмы:

...затемненные руки-реки,

 

зараженные воды

с реактивами пепла,

зарытые в снег –

только труд Сизифов,

 

котлованные ветры,

молчаливые земли

здесь под натисками и набегами

лучших потомков скифов,

 

и хотелось бы верить, что

не пропитались вы,

не надышались парами,

 

здесь выуживать желчь

пурпурной жидкостью –

дело губительно...

(«Интоксикация»)

Это некий поэтический постапокалипсис. Попытка выхода из личной боли и личной трагедии на общемировые рубежи. Поэма написана в гибких ритмах и переливах верлибра, со вспышками силлабики, и, несмотря на отсутствие фолк-русского антуража и колорита, очень русская, даже «тарковская» (имею в виду фильмы Андрея Тарковского, а не прозу Михаила Тарковского).

После выхода на космические масштабы вИдения автор возвращается к себе как к точке лирической концентрации. Монолог, звучащий ясно и горько, исповедь страдающего «я» вплотную соприкасается с возрождением, воскрешением - внутри невозможности жить:

дайте скальпель, я

рассеку себе

неуклюжий рот,

чтобы сделать вдох...

(«Интоксикация»)

Юлия Сафронова часто работает на грани сна и яви. Сновидение слишком рядом, да еще такое притягательное, жалко его упустить; мечта может ожить; входя в нее, выходишь из одиночества. Таково стихотворение о видении Парижа лирической героиней посреди осени, у одинокого окна. Но и сладостное видение исчезает, реальность рядом, ее осенняя горечь крепче мимолетного парижского сна:

Здесь осень порядки наводит свои –

Всё шуршит: поперек и вдоль,

 

И зыбкий Париж исчезает

(Не доглядеть...)

(«Сидеть и смотреть на осень...»)

Юлия Сафронова столь же нервно-интеллектуальна, сколь и щедро-живописна. Оба этих начала в ее поэзии сплетаются, взаимопроникают и нисколько не мешают друг другу. Перед нами подлинный, интересный художник, который делает благородную (и вечную...) попытку соединить, посредством искусства, невероятие безбрежного времени и одну маленькую человеческую жизнь; часто поэт делает это при помощи погружения в ночной пейзаж:

Время насупилось:
Щурится,
Трёт глаза -
Ранние сумерки в городе
После трёх,

День монохромный
Тягуч, затуманен, сжат,

Пухлых ворон за окном
Неразборчивый громкий трёп,

 

Кажется,
Городу некого торопить –

Некому торопиться,
Тревожиться,
Бить в набат...

(«Время насупилось...»)

Лейтмотив времени красной нитью проходит сквозь стихи, тайно или явно. «Время хандрит и трясется в моих руках...», «...и солнца меньше, и день ледяной короче...», «...детство далекое, снежное, остановись!..» - все это признаки обостренного, трагического чувства, ощущения времени как одушевленного существа, что вершит судьбами живых, и безликого фатума, которому все равно, кто живет и кто завтра будет жить на земле.

У Юлии Сафроновой свой голос, свой взгляд, свой поэтический мир. С интересом буду следить за ее художественной эволюцией.


Елена Крюкова (личная страница).


 

Сафронова Юлия

 

Интоксикация
(поэма)
 
/Интоксикация (здесь) - острое психоэмоциональное отравление/
 
«Что же, и этого не хватит?
Скоро криком издерется рот.
Слышу:
тихо,
как больной с кровати,
спрыгнул нерв.
И вот, —
сначала прошелся
едва-едва,
потом забегал,
взволнованный,
четкий.
Теперь и он и новые два
мечутся отчаянной чечеткой.
...
Нервы —
большие,
маленькие,
многие! —
скачут бешеные,
и уже
у нервов подкашиваются ноги!»
В. Маяковский
«Облако в штанах»
1
...в этой исповеди
не будет «Сеятелей»,
не будет неба звездного
и солнца огненного распахнутого,
 
сколь не старайтесь,
но вы не посмеете
лишить меня воздуха,
хоть и
тяжелого
тесного
затхлого
/Ван Гог «Сеятель» 1888/
 
2
...инфицированный,
не вы ли
обрекли меня на медвежью услугу
раскошеливаться,
сами же мира моего испили
(сверх дозы),
болящим прослыли
 
и втянули телесный остаток мой
в круговую поруку
 
глухости
робости
 
(без преувеличения!)
 
я же смотрела на жизнь
(ожидая лучшие новости),
долго лелея смысл
вашего ко мне
влечения –
привлечения
внимания,
 
все эти дарственные и вольные
не запустят механизмы венозных выбросов:
 
от того голова моя
чернотой просмолена,
 
и глазеть мне на вас теперь
только
искоса,
подбирая противоядие
 
зря
 
эти впрыснутые инъекции
не описаны в здешних справочниках,
 
если бы стало всё это
фикцией
или
названо было
жалобой
однолюба идейного
(шизофреника)
в ватиканских локулах
заживо
замурованного –
 
я бы роль
не мученика, но проповедника
благочестиво примерила
и
смиренная
вас выхаживала
 
но
 
все боли мои –
нагноения ядовитые –
монологами,
точно копья туземные,
в тело воткнуты
 
были слезы холодные
океанами синими
ледовитыми,
 
а теперь
за борт сброшенные нечистоты
 
отголосками
инфицированного рокота...
 
3
...а вы и не знали:
 
бывают отёки,
застои лимфы,
распухшие веки,
 
головные боли,
в которых вы
не живете,
 
затемненные руки-реки,
 
зараженные воды
с реактивами пепла,
зарытые в снег –
только труд Сизифов,
 
котлованные ветры,
молчаливые земли
здесь под натисками и набегами
лучших потомков скифов,
 
и хотелось бы верить, что
не пропитались вы,
не надышались парами,
 
здесь выуживать желчь
пурпурной жидкостью –
дело губительно
 
да, случаются «скорые»,
но
не всегда
за юродивыми
за нами,
 
а вы и не знали:
 
да и я не знала,
и мне ли
простительно...
 
4
слепа...
слегла в атрофию мышц,
 
по костям не счесть
пальцев для молитв,
 
и стакан воды
(вполовину пуст)
беглым ливнем с крыш
мимо уст
(по стеклу и стенам)
пролит –
испит...
 
только не сули-
те мне
исхудавший вид,
чемоданный треск,
осторожный шаг –
 
дайте скальпель, я
рассеку себе
неуклюжий рот,
чтобы сделать вдох,
 
следом резкий всхлип –
ледяной ушат,
 
снова зрячей стала,
и уже встаю
из тряпичных мышц,
и ловлю глоток...
07/2019
***
«Печально вам?
Идите сразу в осень...»
Д. Вагин
Сидеть и смотреть на осень
в большом окне,
Выдумывать город,
Задумывая Париж,
 
Искать объяснения миру
в последнем сентябрьском дне,
Срисовывать утро с овальных фанерных крыш,
 
Ловить заплутавшее облако
в мякоти золотой
(Как плачет оно протяжно!)
Да только ему, бледо-бокому,
Не уцелеть:
 
Здесь осень порядки наводит свои –
Всё шуршит: поперек и вдоль,
 
И зыбкий Париж исчезает
(Не доглядеть...)
 
Крадется по скверам
задумчивый ветер –
Теряется в проводах,
И путает слоги,
Со мной заключив пари:
Сидеть и молиться
всем вымышленным богам,
 
Каштанам крылатым нашёптывать:
Mon vis-a-vis...
 
Сидеть и надеяться,
Кофе густой цедить,
С горчинкой подмешивать
Мысли воскресные
К утренней тишине
 
И снова искать объяснения миру
И
не находить,
 
Лишь на Елисейских полях задержаться,
Как в сладком сне...
09/2019
А ТАМ ЗИМА...
«Только осень - не осень уже
под ржавеющим хлипким сукном...»
1.
А там зима
Во всю
Скрипит,
Буянит,
Взъерошивает снежную пыльцу
В изогнутой листве
И обещает
Покой встревоженному влажному лицу,
 
А там зима
По загородным хвойным
Лесам хлопочет,
Сыпется с полей,
Сварливый ветер
Зачастил и воет,
Красуясь белозубостью своей,
 
А там зима,
В простор вцепившись ватный,
Желейным небом, сбившимся с пути,
Под шелест ноябристости
Кудлатой
Свистит,
Свирепствует,
Поспешно семенит
И смотрит пристально
с паленовских полотен,
Кружится хороводами у ног,
 
А там зима –
А я вернулась
В осень:
В московский молчаливый
Закуток...
11/2019
 
2. От тёмных оттенков
«Декабрь просыпался и вдумчиво льнул к ладоням...»
От темных одежд неизбежно впадаю в кому,
И солнца меньше,
И день ледяной короче,
Скорей бы
Схватиться за тёплую руку,
Скорей бы к дому -
Декабрь настаёт
Неизбежно,
Мгновенно,
Молча...
 
Как долго хотелось снега
И вот он сыплет,
И белобородый полдень
До точки сжимает утро,
И небо рисуется
Светлым,
Радушным,
Сытым -
Декабрьским повесой
Застенчивым почему-то,
 
И улицы пенятся,
Спутанные мишурою,
И блеск фонариный
Податлив,
Услужлив,
Скромен,
И падают хлопья:
Сплетаются между собою,
И город,
Подобно из нитей мерцающих,
Скроен...
12/2019
 
3.
«Кротко придвинемся к краю,
Нащупаем пульс...»
Время насупилось:
Щурится,
Трёт глаза -
Ранние сумерки в городе
После трёх,
День монохромный
Тягуч, затуманен, сжат,
Пухлых ворон за окном
Неразборчивый громкий трёп,
 
Кажется,
Городу некого торопить –
Некому торопиться,
Тревожиться,
Бить в набат,
 
Реки мельчают -
До Черного не доплыть,
И за пределами стен краснощёких
Беснуется тьма,
 
Время измучено морщится
(Хоть реви!)
Строго, настойчиво, жадно
Велит терпеть
И разузнать,
Где уснул он, и сколько ещё проспит
Этот сафитовый город,
Которому бы
Побелеть...
12/2019
 
4. Туманы
Влажные простыни –
Плотный туман в окне,
Рыхлый асфальт
Черной глыбой
Вздымает грудь,
Тонет дыхание в замкнутой тесноте
Скученных звёзд -
В сонном небе
По каплям
Ртуть,
 
День многослойный пролистываю назад,
В детство мохнатое кубарём пронесусь,
Громкий хрипучий ветрище за шиворот и в глаза:
Холодно жжётся,
Трещит -
На даёт вдохнуть,
Снегом душистым в лицо –
Я слетаю вниз,
Сброшены варежки
В пышный густой сугроб!
Детство далёкое,
Снежное,
Остановись!
Только скулят и скребутся туманы
В моё окно.
*
Город под пеплом -
Помпеи
В седых песках,
В воздухе пыльном
Застывшая тишина,
Время хандрит и трясётся
В моих руках -
Отогреваю его
И, наверное,
Я не одна...
12/2019

*Пунктуация авторская


Юлия Сафронова. Родилась в Москве, 28.04.1982. Окончила гуманитарный класс средней общеобразовательной школы №1128 (Гимназия №1593). С отличием окончила музыкальную школу имени В.И. Мурадели. Бакалавр лингвистики, РУДН (английский/французский). Автор, куратор и редактор интернет-проекта о Методе Пилатеса (www.LifeStylePilates.ru). Пишет статьи, переводит зарубежные материалы и редактирует тексты для проекта на профессиональную тему. С литературой близко связана со школьных лет. Стихи пишет с 14 лет, и все они – «поэтический дневник её времени». Доработаны (но пока не изданы) два поэтических сборника: «Берега» (работы 1999-2009), «Нити» (работы 2010-2018). C 2019 года – слушатель Высших Литературных курсов Литературного института им. А.М. Горького. С 2020 года – участница Литературного объединения «Кипарисовый ларец» И.И. Болычева (Лит. Институт им. А.М. Горького).

#рецензии и критика
Автор статьи:
Крюкова Елена. Русский поэт, прозаик, искусствовед, член Союза писателей России, член Творческого Союза художников России, профессиональный музыкант (фортепиано, орган, Московская консерватория), литературный критик «Pechorin.net».
комментариев
Вам также может быть интересно
  • Вселенная, где всё волшебно. Нина Ягодинцева о сказке Юлии Поршневой «Куда подевался шелковичный сад?»

  • Музыка тишины. Елена Крюкова о стихах Аксиньи Новицкой

  • Космическое братство. Дана Курская о стихотворениях Елены Лещинской

  • Роман Сенчин о рассказах Михаила Максимова

  • Небыков

  • Юрий Козлов о рассказе Фирдаусы Хазиповой «Цыганка по имени Аз»

Хотите стать автором Литературного проекта «Pechorin.Net»?
Тогда ознакомьтесь с нашими рубриками или предложите свою, и, возможно, скоро ваша статья появится на портале. Тексты принимаются по адресу: info@pechorin.net. Предварительно необходимо согласовать тему статьи по почте.

Хочу быть в курсе последних интересных новостей и событий!

Подписываясь на рассылку, вы даете свое согласие на обработку персональных данных, согласно политике конфиденциальности.