Герой нашего времени. О романе Тимура Валитова «Угловая комната»

02.02.2022 7 мин. чтения
Фомина Дарья
Дарья Фомина рассказывает о дебютном романе Тимура Валитова «Угловая комната». Книга вышла в серии РЕШ «Роман поколения» и предлагает спорный и неоднозначный портрет «героя нашего времени» – человека, имя которого не названо, рождённого в начале 90-х, которому в наши дни предстоит обратиться к своему прошлому, чтобы лучше понять настоящее...
Герой нашего времени. О романе Тимура Валитова «Угловая комната»

(Тимур Валитов, Угловая комната, роман. – Москва, Редакция Елены Шубиной, 2022)

Тимур Валитов родился в 1991 году в Нижнем Новгороде. Прозаик, дважды финалист премии «Лицей» (сборники «Вымыслы» и «Последний раунд»), лауреат премии журнала «Знамя». Рассказы входили в шорт-лист литературной премии Дмитрия Горчева и Волошинского конкурса. Роман «Угловая комната» – дебютный.

Нет ничего нового под солнцем, говорил Экклезиаст. И был прав. Еще А.С. Пушкин создал Евгения Онегина, чувства в котором рано «остыли», а М.Ю. Лермонтов написал роман о Печорине – молодом человеке, далеко не идеальном, который легко разбивает сердца, при этом сам по-настоящему никого не любит. Можно сказать, что Тимур Валитов продолжает эту традицию – рисует молодого человека, нашего современника, ровесника Печорина (ему тоже 25 лет), симпатичного внешне, который, как и герой М.Ю. Лермонтова, никого не любит, бредет по жизни без цели, мимоходом разбивая сердца.

Повествование Тимура Валитова с первых страниц захватывает внимание. Читатель переживает разные эмоции: удивление, сочувствие, раздражение, отвращение...

В «Угловой комнате» можно выделить две сюжетные линии. В одной из них действие происходит в Москве и Нижнем Новгороде, а во второй – в Париже. Как пошутила литературный критик Галина Юзефович, это своеобразное «смешение нижегородского с французским».

Нужна ли французская линия романа? Да, и это главное украшение книги. Она даже написана по-другому, в том узнаваемом стиле Т. Валитова, изысканном, неторопливом, в котором написаны другие его произведения, например, повести «Роза есть роза» и «Еще одна история осады». Совершенно точно, что оставь Т. Валитов только нижегородскую линию, роман потерял бы свою изюминку – получился бы реализм в чистом виде, то есть текст, напоминающий творчество, скажем, Романа Сенчина. А соединение двух сюжетов выглядит необычно и интересно.

Роман начинается с того, что у героя, учащегося в Москве на филфаке, умирает отец, и молодой человек приезжает в родной город, в котором идет чемпионат мира по футболу (читатель угадывает: лето 2018 года, Нижний Новгород).

Герой думает об отце. Что он о нем помнит? А помнить-то, оказывается, особенно и нечего. Отец много раз исчезал из его жизни: сначала ушел из семьи, когда сыну было 2 года, потом и вовсе попал в тюрьму. Сын помнит лишь подаренный отцом дешевый пластмассовый грузовик и обещанный, но так и не подаренный паровоз.

Герой стоит у гроба, пытается выжать из себя какое-нибудь чувство, но ощущает лишь пустоту. Только бабушку жаль, фиксирует он свои ощущения. Затем вспоминает свое детство, травмы, тщательно их рассматривает, как бы под микроскопом.

Герой никого не любит. У него есть мама, бабушка, сводный брат, но нет духовной и эмоциональной близости с ними. Каждый живет своей жизнью, все друг другу чужие.

Особенно бесчувственным кажется герой по сравнению с любящей бабушкой, принимающей все близко к сердцу, и бывшей одноклассницей Настей, которая готова следовать зову сердца. Однокурсник Фарик тоже по-своему любит героя «Угловой комнаты». А тот испытывает к нему и его чувствам лишь отвращение.

У молодого человека непонятные отношения с некоей Полиной, которая постоянно ему звонит. Полина спрашивает, любит ли он ее, герой отвечает «да», но сам вечно находится где угодно, только не с ней – пьет мужские сеты с друзьями в московском баре, гуляет по Нижнему Новгороду то с Сережей (тоже бывшим одноклассником), то с Настей.

Герой противоречит самому себе. Он осуждает друга Сережу за то, что тот в школьные годы изнасиловал Настю, что не хочет извиниться. А сам приводит Настю домой, и у них случается секс. Молодой человек признается самому себе, что не любит Настю. Он хочет, чтобы она поскорее ушла. Ему безразлично, что ей попадет от мужа. Он сам не знает, зачем затащил ее в постель. Недаром Настя упрекает героя в бесчувственности: «У Пушкина – по-другому. У Пушкина – про чувства. А у тебя – сплошной ум, никакого сердца». Герой и сам осознает эту свою бесчувственность и страдает от неё. Вот так он сам говорит об этом: «... а я никого не любил – и мне отвечали тычками, тумаками, насмешками. Я вечно прятал чьи-то учебники, воровал любимые ластики... Я даже Севу не любил – хотя другого товарища у меня не было».

Но герой единственный, кто понимает и видит пошлость этого мира – в поступках окружающих, в несмешных анекдотах, от которых читателю становится неловко. Молодой человек видит пошлость в том, как люди ведут себя на похоронах, задают глупые вопросы. И герой Валитова пытается спрятаться, убежать в мир слова, литературы, в мир прекрасного. Только там спасение.

Готовясь писать эссе для учебы, герой читает стихотворение М. Цветаевой «Прокрасться...», оно его глубоко трогает. Также в поезде он читает начало романа сокурсника Фарика и незаметно для самого себя погружается в манящий мир, где он – Бенедикт, влюбленный в Марсьенн. На протяжении всей книги Валитова рефреном звучит фраза: «Сколько мы прошли, Марсьенн? Кажется, весь Париж».

Чем дальше читатель погружается в роман, тем больше становится Парижа, тем сильнее сливаются воедино две линии – парижская и новгородская. А Нижний Новгород всё меньше похож сам на себя.

Герой заболевает. В температурном бреду ему снится продолжение романа Фарика про Париж, в котором закручивается целый сюжет.

Самое время задать вопрос: почему у главного героя романа нет имени? Вероятно, потому, что герой настолько неприятен самому автору, что даже недостоин носить хоть какое-то имя. А возможно, ответ на этот вопрос автор дает в эпиграфе из Патрика Модиано: «Я – никто. Просто светлый силуэт в тот вечер, на террасе кафе». И ещё одно возможное объяснение: герой Валитова – это не конкретный человек, а собирательный образ, лицо поколения людей, рожденных в 1990-е. Точнее, некоторых из них. Тех людей, у которых нет точки опоры. Вместо веры в душе пустота. И эту пустоту они заливают алкоголем – проводят свободное время в барах и кафе, пьют сеты, мужские и женские, и спасаются от одиночества и скуки в компании таких же, как они сами.

Речь идёт о поколении людей, детство которых пришлось на неустойчивое время развала Советского Союза. Если у человека, жившего до 1917 года, была вера в Бога, так тщательно оберегаемая в царской России, а у людей, живших в Советском Союзе, была вера в светлое коммунистическое будущее, то среди людей, рожденных в 1990-е, много тех, кто оказался в духовном хаосе. Они плывут по течению и бесцельно прожигают свою жизнь.

У героя «Угловой комнаты», его одноклассников и друзей нет определенной цели в жизни. Герой додумывается до того, что, возможно, никакого смысла в жизни и нет, а нужно прожить свою жизнь так, чтобы «не оставить следа». Просто наслаждаться жизнью, есть солянку и пить вино. Возможно, именно так и пытался жить его отец.

В французской части романа Бенедикт обращается к возлюбленной: «Был бы я писателем, Марсьенн, я бы не написал о тебе ни строчки. Писатели вынуждены объяснять, придавать этой жизни какой-никакой смысл. Всякий предпочел бы жизни книгу: жизнь бессмысленна, в ней ничего не объяснено – порой мне грустно оттого, что мы вынуждены жить».

Почему роман назван «Угловая комната»? В квартире в Нижнем Новгороде есть комната, где от сырости сквозь обои пробивается черная плесень, мать борется с ней содой и уксусом. Эта комната – метафора дома не как крепости, где друг друга любят и поддерживают, а как угла, безрадостного и неуютного.

Угловая комната существует также и в парижской линии – Бенедикт достает пистолет и стреляет именно в ней. Таким образом, угловая комната – связь двух реальностей, двух линий повествования. Кроме того, угловая комната – это угол, тупик. Герой оказывается в жизненном тупике и ищет из него хоть какой-нибудь выход.

Помимо темы родителей и детей, темы травмы, очень популярной в последнее время в литературе, Валитов в своём романе поднимает тему смерти. Она звучит и в нижегородской линии, и во французской. Будучи детьми, мы не сталкиваемся со смертью и не думаем о ней. Но однажды приходится столкнуться с ней лицом к лицу.

Настя говорит так: «Я верю, что со смертью родителей исчезает стена, отделяющая нас от того мира... Как будто с той стороны, где раньше стояли отец и мать, вдруг задул ветер – и некому тебя защитить. Как будто тебе подают сигнал: ты следующая – и стрелки все бегут».

Интересно, что в романе неоднократно повторяются слова «отца не стало...», «меня не стало...», то есть герой и его отец как бы умирают несколько раз. Это метафора смерти – у каждого из нас несколько раз за жизнь случается маленькая смерть после определенных событий. И человек уже не тот, что был прежде. Он меняется.

В книге Валитова постоянно возникают аллюзии, часто это цитаты из других произведений. Тимур Валитов – не единственный, кто вплетает чужие цитаты в полотно своего романа. Этим художественным приемом пользовался, например, Михаил Шишкин.

Как уже было сказано, главный персонаж Т. Валитова напоминает своей бесчувственностью Печорина из романа «Герой нашего времени». Также во время чтения «Угловой комнаты» вспоминаются Хулио Кортасар и Жан-Поль Сартр. А из современной литературы – Алексей Сальников и его «Петровы в гриппе и вокруг него». Герой Валитова, как и герой Сальникова, находится в температурном бреду, и ему снится продолжение романа Фарика – про Париж и Марсьенн.

Алкогольное путешествие героя по барам и кафе несколько напоминает книгу «Москва – Петушки» Венедикта Ерофеева.

Как заметила Г. Юзефович, разбор отношений с родителем своего пола, воспоминания о детских травмах и гомосексуальном опыте перекликаются с романом Оксаны Васякиной «Рана». Но надо сказать, что на этом сходство заканчивается: О. Васякина написала автофикшн, а Т. Валитов – художественную прозу, хотя и с элементами автофикшн.

Финал романа «Угловая комната» – эхо классической французской и русской литературы. Так же, как в русской классике, в романе «Угловая комната» нет счастливых людей, каждый несчастен по-своему. Попытка защититься от реального мира уносит нас прямиком к французу Альберу Камю, а выстрелы, дуэли, самоубийцы – это снова аллюзия к русской классике.

Героя «Угловой комнаты» можно сравнить с Обломовым. Он такой же нерешительный, безвольный. Персонаж Валитова, воспитанный одними женщинами, мамой и бабушкой, никак не может принять решение. Он не может отдать бабушке деньги, 45 тысяч – все ждет удобного момента. Долго не может решить, уехать или остаться на поминки. Он не хочет брать на себя ответственность. А в финале герой меняется. Выстрел – его первое самостоятельное решение.

Обращают на себя внимание некоторые стилистические приемы. Неспроста в конце книги несколько страниц отличаются полным отсутствием синтаксиса, текст написан со строчной буквы. Это исповедь героя, сумбурный поток сознания и записан он соответствующим образом.

В книге много размышлений о смерти, о ее неизбежности, и заканчивается роман смертью. Но смерть здесь – это еще не конец. Это не точка, а скорее запятая, всего лишь одно из событий, которое герою надо пережить и отпустить.

Почему Т. Валитов выбрал такого персонажа и написал о нем? На этот вопрос можно ответить цитатой из «Героя нашего времени»: «История души человеческой, хотя бы и самой мелкой души, едва ли не любопытнее и не полезнее истории целого народа, особенно когда она – следствие наблюдений ума зрелого над самим собою и когда она писана без тщеславного желания возбудить участие или удивление».

578
Автор статьи: Фомина Дарья.
Родилась в 1986 году в Московской области, в городе Ногинске. Окончила факультет русской филологии Московского государственного областного университета. Окончила курсы литературного мастерства в Creative writing school: курс нон-фикшн Е. Ляминой и курс по написанию эмоционального рассказа М. Кучерской. В настоящее время Дарья живет в городе Балашиха Московской области, работает редактором-корректором, пишет сказки для детей, стихи, прозу, критические статьи. Финалист и дипломант фестиваля-конкурса «Берега дружбы» 2020, 2021, конкурса поэзии «На крыльях грифона» 2020. Вошла в лонг-лист премии Болдинская осень 2021 в номинации критика. Публикации в журналах «Волшебная скрижаль», «Простокваша», «Звездочка наша», «Причал», «Наша молодежь», «Северо-Муйские огни», а также в разных литературных сборниках.
Пока никто не прокомментировал статью, станьте первым

ПОПУЛЯРНЫЕ БЛОГИ

Сычёва Владислава
«Поэзия Афанасия Фета как канон «чистого» искусства. Противостояние современности»
В эпоху, когда злободневность и натурализм надёжно фиксируются в литературных тенденциях на первом месте, Фет, будто нарочно, продолжает воспевать природу, любовь и мимолётные впечатления, уходя от насущного в «мир стремлений, преклонений и молитв» и оставаясь равнодушным к насмешкам современников. Эта верность убеждениям и становится основополагающим звеном нового направления – «чистого» искусства. Он помещает эстетический идеал в стихотворное пространство, оберегая его от посторонних вторжений. Но даже когда Тургенев, будучи представителем натуральной школы, в защиту Фета пишет о том, что «не бесполезное искусство есть дрянь», а Толстой отмечает новаторство поэта, ревностные поборники реализма находят, что поставить ему в укор, высмеивая несоответствие частной жизни Фета с поместьем и военной службой его возвышенной лирике.
11929
Долгарева Анна
«Живым не прощают ничего». О книге Захара Прилепина «Ополченский романс»
В книге «Ополченский романс» собраны правдивые, трогательные, а порой и шокирующие истории о простых людях из Донбасса, отказавшихся бросить свои дома и прошедших через множество трудностей в попытках научиться жить по-новому, в совсем других условиях. А еще это книга о любви – той, которая не просто возникает на обломках прошлого, но оказывается жизненно необходимой для того, чтобы суметь сделать шаг в будущее.
3816
Родионов Иван
Кентавры и люди. О книге Захара Прилепина «Ополченский романс»
Захар Прилепин – прозаик, публицист, музыкант, обладатель премий «Большая книга», «Национальный бестселлер» и «Ясная Поляна». «Ополченский романс» – его первая попытка не публицистического, а художественного осмысления прожитых на Донбассе военных лет.
3664
Турбина Надежда
Джон Р. Р. Толкин и Клайв С. Льюис – два разных подхода к созданию фэнтези-миров
Как так вышло, что Джон Рональд Роуэл Толкин и Клайв Стейплз Льюис стали законодателями жанра фэнтези в литературе и авторами чуть не самых значимых книг XX века? Как и всё самое важное в жизни, это получилось случайно. Толкин и Льюис познакомились в 1926 году в Оксфордском университете, где оба преподавали филологию, и прямиком оттуда отправились в «экспедицию» в ранее неизвестные никому дебри волшебных миров.
3452

Подписывайтесь на наши социальные сети

 

Хотите стать автором Литературного проекта «Pechorin.Net»?

Тогда ознакомьтесь с нашими рубриками или предложите свою, и, возможно, скоро ваша статья появится на портале.

Тексты принимаются по адресу: info@pechorin.net.

Предварительно необходимо согласовать тему статьи по почте.

Вы успешно подписались на новости портала