18 октября в Москве завершился четырехдневный финал XXII Всероссийского фестиваля молодых поэтов «МЦЫРИ». В течение всего заключительного этапа участники посещали мастер-классы, участвовали в баттлах и работали с Мастерами-Наставниками и только после этого представили свои работы в Финальных чтениях. Всего до финала дошли 50 участников из более чем 15 регионов России.
В составе состав Коллегии Ценителей принимал участие и главный редактор портала «Печорин.нет» Алексей Небыков, по традиции определивший победителей в спецноминации портала.
Сегодня мы хотим познакомить вас с творчеством Анной Андрейчик (Дуденковой), которая, к слову, уже была отмечена нашим порталом в 2025 году.
Анна — студентка Московского государственного института культуры. Член Совета молодых литераторов Московской области. Участница таких литературных мероприятий, как фестивали Молодой Пушкин, Болдинский слёт молодых литераторов и фестиваль им. Анищенко в Самаре, литературные школы им. Левитова в г. Елец и «Химки», а также участница открытого поэтического конкурса «Мцыри», лауреат второй степени и лауреат в номинациях «Приз журнала «Москва» и «ExLibris «Независимая газета», также по итогам XXI сезона «Мцыри» уже публиковалась на портале «Печорин.нет». Диплом лауреата второй степени в студенческом конкурсе «Зачёт» в номинации «Поэзия», полуфиналист восьмого «Российского литературного слэма». Призёр Всероссийского литературного фестиваля имени Л.Н. Попова в Костроме в номинации «Пейзажная лирика», лауреат третьей степени на Болдинском слёте молодых литераторов 2026. Публиковалась на электронных порталах «ЧП: чёткая поэзия» и «Полутона».
***
Время читать «Чуму» Альбера Камю,
Время сжимать нежную руку твою.
Падают хрупкие листья с берёз и дубов.
Время закрыть калитку, подёргать засов,
Время следить за полётом нетопырей и сов,
Время очнуться и снова уйти в царство снов.
Время открыть кладовку, достать заготовки,
Время доверить шарлотку горячей утробе духовки,
Время молиться на ночь (начать хотя бы),
Время быть сильной, зная, что можно быть слабой.
Время проверить время на старых часах,
Время искать седину в своих волосах,
Время любить. Время убить в себе страх.
Брать на болоте клюкву — лесную кровь,
В золе печь картофель, варить в котелке морковь.
Время потратить время и обрести его вновь.
Внемосковье
Через лес в Долгопрудный электричкою едут из Химок
Ведьмы и ведьмаки, колдуны, крикуны, ведуны,
На коленях пристроив богатства плетёных корзинок:
Лисоежкопоганки, лишайники, чёрную сныть,
Подосиновобелоберёзовики, мухоморы,
У иных — брусниклюква на зелье и мох на бульон.
Бесконечен, бесцелен их путь через все косогоры —
Без состава и без машиниста летит одинокий вагон.
Ниоткуда и в никуда, в Химки из Долгопрудного
Едут бесы по кругу, в лукошках везя урожай.
Это вечная осень. В канале вода изумрудная
Отражает хромые деревья, заката болезненный жар.
После жизни нет смерти. Уедем по ягоды да по грибы,
Чтоб не телом, но духом и слухом наполнить гробы.
Стану мучить лесничих, водить их тропинками, ямами,
Торговаться на рынке вареньеповидлом и грибоягодой.
Но сейчас я осталась в общаге, потому что пока что жива.
Я почти умерла, но почти — это двести процентов.
Здесь во тьме коридоров теряются души студентов.
А пока я не сдохла, достанем с соседкой настойку
На берёзовых почвах (купила у ведьмы за сотку),
Да нажарим опятомаслят. Не реви, наливай!
Селки
Мурманск вздымается сопками, будто слоистый пирог
Это край света край солнца баренцевый порог
За которым киты кашалоты косатки морские ежи
Я обернулась селки надела шкуру ты только меня не держи
Братья мои тюлени ночами выходят на берег
Они ищут меня наверное может быть я им не верю
Они грозные и черноглазые у меня же глаза васильковы
Шкура селки внезапно сдавила звериные душат оковы
Небо в зелёном огне город чаячьим горлом вопит
Тундра кличет оленьим рёвом ты будто огромный кит
Ты не знаешь меня и никогда не знал
На глубине сотен метров рогатый стремится нарвал
Ты прекрасней всех рыцарей властительнее всех королей
Ты смешон и нелеп будто Майкл Сера в любой из его ролей
Ты увидел земную а я обернулась морской
Ты не спишь и не ешь ты утратил покой
Я нападала на лодки рыбаков убивала я рушила корабли
Мне не выйти одетой на сушу ты же считай по центру земли
Если отсюда считать не экватор но как далеко
Кудри мои черны кожа как снятое молоко
Я давно не видела солнца мои губы от крови алеют
Я охочусь во льдах ты гуляешь по тёмным аллеям
Помню лодку рыбачью ты сидишь на корме держишь сеть
А мне любопытно нюхать тебя на человека смотреть
Ты привёл меня в дом раздел и назвал женой
Прежде кольца на палец шкуру в камин долой
Стала я человечицей стала живой
Ты рыбачил охотился лодку мазал смолой
А потом я ушла уплыла по зову сестёр
Стал суровым мой нрав взгляд холодным язык стал остёр
Больше я не приду мой горячий живой человек
Веришь ли в сказки если не веришь верь
Только во сне вижу далёкую землю перелесок среднеполосья
Ветер относит чаек флаги на мачтах полощет
И тогда я реву белугой и возможно ты меня слышишь
То есть слышишь как стонет ветер как в стенах скребутся мыши
Я бы вернулась но ты бы меня не встретил
Во мне человека немного осталось может где-то две трети
Но я бы вернулась обняла бы тебя сжала пальцы твои в горсти
Отпустите меня тюлени шкура селки прошу отпусти.
Баренцево кладбище
Вечно живые лежат на камнях корабли,
Морем истерзано старое судно рыбачье.
Рыбы живые бродят в глубокой дали.
Мы далеки от большой — настоящей — земли.
Голосом девушки юной чайка всё плачет и плачет.
Может, это клише, но впрямь без конца и без края
Распласталась вода, обнимая собой полуостров.
Волны лижут песок, на песке волны и умирают,
Оживая в то же мгновение. Треснувший остов
Левиафана-кита, страшного зверя морского,
Севера душу и сердце, суть его и основу
Безжалостно вынесли волны на берег пустого залива.
Изгнано чудище. В сером небе неторопливо
Чайка кружит, скорбно-торжественно воспевая
Кладбище кораблей, железные струпья ржавистых ран.
Мёртвые лодки — ангелы кольского рая.
С пеной около рта экзальтированно повторяю:
Океан
Океан
Океан
Океан
Океан
Траектория летнего трамвая
В июльский день прижмись к трамваю лбом.
Прижмись губами, жаждущими тени.
Пускай трамвай, рогатый неврастеник,
С тобой поделится прохладой, а потом
Частицею души своей железной.
Осыпавшейся краской на ладонь
Исторгнет он свой внутренний огонь.
И зазвенит в танцующую бездну,
Где ели утонули в небесах,
Где солнце пляшет зайчиком наивным,
Где лопается вызревший налив на
Ветках яблонь. Стрелки на часах
Отплясывают нервную мазурку,
Но и они, дрожаще семеня,
Кончаются за окоёмом дня,
Пока трамвай меня увозит в дурку.
***
Ты джентльмен. И в том твоя проблема.
Ты говоришь, что в отсвете костра
Мои глаза черны. Ты, несомненно,
Ко мне не прикоснёшься до утра.
А я — давайте будем откровенны —
Всё думаю, когда уже пора.
Ты мне о христианстве говорил.
Суровые нас созерцали фрески
В старинном храме. Более нет сил —
Стругацкие, Тарковский, Достоевский —
Впечатлена, ты знаешь всё на свете!
Ты лишь одно пойми: я-то не леди.
Сидим, болтаем. Ночь ползёт к рассвету.
Ты мне прикуриваешь сигарету.
Всё это джентльменство просто жесть —
Возьми и поцелуй меня уже!
Всероссийский открытый фестиваль молодых поэтов «Мцыри» проводится Русским Литературным Обществом ежегодно с 2004 года. Конкурсный сезон включает очные отборочные туры в регионах и заочный конкурс, а финал проходит в Москве в течение нескольких дней.
.jpg)
Автор статьи: Сорокина Марина.
